Глава 18
Чуть позже я перезвонил Вэлу Креддоку. Он без энтузиазма отнесся к моим новым изысканиям относительно связи убийства Синди с Ферсеном.
– Дело закрыто, Дуг. Я не могу пойти к судье с ордером на просмотр записей секретарской службы. Нет никаких подтверждений тому, что твой Ферсен связан с убийством девушки.
Тем не менее, он записал информацию о пропавших часах.
– Не знаю, чем это может помочь твоему клиенту. Если эти часы мисс Чен и правда подарил ее последний ухажер, Эван Линь мог сорвать их у нее с руки и выбросить по дороге. Тебе он этого, конечно, не скажет.
– А что с якобы другом Линя, который тоже звонил в тот день и спрашивал мисс Чен? Сам Эван утверждает, что никого не просил звонить за него.
– Я поговорю еще раз со свидетельницей, Беллой Комптон. Может, ей просто показалось или она что-то додумала, чтобы казаться более важной. Когда ее опрашивали в первый раз, ничего подобного не упоминала. И какое это имеет значение? Мы уже выяснили, что у девчонки была бурная личная жизнь. Или ты думаешь, что вслед за китайским ухажером, к ней в гости пришел еще один, который уже и дал волю рукам.
– Я думаю, что вы слишком рано закрыли дело. Понимаю, на тебя давят, вам кажется, что улик достаточно, у парня вроде как был мотив, была возможность… Но ты не боишься, что дело развалится прямо в суде? Офису прокурора это выйдет боком.
– Будь ты проклят, Дуг. Хватит капать мне на мозги. Кстати, твоего клиента скоро выпустят под залог. Его адвокат подал новое прошение, и за него пришел поручиться чуть ли не весь чайнатаун. Городские власти опасаются массовых протестов.
Что ж. Ну, Эван Линь хотя бы временно окажется на свободе.
Гэри наворачивал круги вокруг телефонной будки, но я пока не спешил выходить. Открыв телефонный справочник, я стал просматривать список Слокамов, пока не наткнулся на Джеремайю Б. Переписал его номер в записную книжку. Потом на всякий случай пролистал назад к тем контактам, которые оставила мне Берди Слокам. К своему удивлению обнаружил, что номер телефона совпадает. Как бы странно это ни выглядело, но еще одна счастливая невеста оказалась связана с этим делом.
Игнорируя настойчивый скулеж пса, я набрал номер. К телефону подошла какая-то женщина, судя по всему, горничная.
– Миссис Слокам нет дома, – сообщила она мне гнусавым голосом с раскатистым восточноевропейским акцентом. – Что передать?
– А мистер Слокам?
– Умер.
– Когда? – испуганно спросил я.
– Три года назад.
– Понятно. Ну а мисс Слокам? Берди. Она дома?
– Вышла.
Я подумал, что могу застать мисс Слокам в доме ее жениха, благо была суббота, и отправился по адресу в Глендейле, где обитал Уэйд Торбифил вместе с матерью.
Дверь мне открыла суровая женщина с лицом, похожим на взведенную мышеловку.
– Сына нет дома. Я не жду его до понедельника.
Беседовала она со мной через цепочку.
– Он со своей невестой? – спросил я
– С женой! – фыркнула миссис Торбифил.
– И как давно была свадьба? – изумился я.
– В прошлом месяце отметили первую годовщину. Что вы за друг такой, раз не знаете?
– И где живет миссис Торбифил? – спросил я, подозревая, что услышу в ответ.
– На севере в Долине. Этой дуре совершенно наплевать на то, что моему мальчику удобно добираться до работы отсюда, всего четверть часа на машине. Ей, видите ли, нужно собственное пространство. Интересно, что они будут делать, когда родится ребенок? А ведь я говорила, что готова помогать им с внуком. Я сама вырастила Уэйда, справилась бы и еще с одним малышом.
Я вернулся к машине и помчался в Чатсворт, подозревая, что совершил непростительную для моей профессии ошибку.