Едва я кое-как поднялся на ноги, как снова раздался устрашающий звук. Я тут же бросился ничком на землю, а затем последовал ещё один взрыв. Почва подо мной вновь дрогнула, горячий воздух волной пронёсся над её поверхностью, клочья земли и осколки камней градом посыпались мне на спину. Треск полыхающих деревьев и вопли раненых возвестил, что опушка леса превращалась в пылающий ад!
Кто-то подхватил меня под руки и куда-то потащил. Спустя минуту на лицо полилась вода, и я наконец-то стал приходить в чувство.
— Ну же, анай! — тормошил меня Хинди. — Давай, приходи в себя!
Встряхнув пару раз головой, я таки смог сфокусировать взгляд. Тарик и Хата с оружием наперевес прикрывали нас стоя своими широкими спинами. Раздался боевой клич тангоров, и мимо нас, один за одним в глубь леса устремились сотни тангоров.
Хрипя словно загнанный вепрь, я поднялся на ноги и вынул меч.
— Вперёд! — прорычал я, не узнавая свой собственный голос.
Хинди попытался меня остановить, но я зло оттолкнул его.
— Я сказал, вперёд!
Последствия оглушения постепенно сходили на нет. Следов каких-либо ранений на себе я не ощущал, и всё больше приходил в нормальное состояние. А тем временем где-то впереди, в сгущающейся чаще леса, раздались первые звуки боя. Тангоры прорвались сквозь огонь и вступили в драку с врагом.
Прикрывая рукой лицо, я пробежал короткий участок с полыхаюшими деревцами, и едва ли не с лёту нарвался на прыгнувшего на меня загонщика. На автомате хватаю его за руку, в которой он замахнувщись держал оружие, и одним взмахом отрубаю её по локоть. Ударом ноги тут же отбрасываю его в сторону, где на него тут же обрушился меч Тарталана, буквально вминая раха в землю. Дольше, пробежав с пяток метров, мы уже ворвались в самую гущу боя.
Какой-то организованной тактики не наблюдалось от слова совсем. План ударить стройными рядами во фронт врага, пошёл псу под хвост. Организовать сейчас что либо дельное, тангорам не удавалось. Либо же они просто этого не делали в виду отсутствия командования. Ворвавшуюся в сознание мысль о Варгоне, спешно выбила увесистая дубина. В последний момент я смог немного уклониться и отвести удар, но тем не менее получил в плечо с такой силой, что меня едва не снесло с ног. Дикарь рыкнул и замахнулся снова, но в его бедро со всего маху врезалась булава Хинди. Просевший обезьяноподобный верзила с криком упал на колено, и какой-то тангор тут же размозжил ему голову.
— Янко! — выкрикнул Тарик, пинком ноги отталкивая и снимая с меча труп раханида. — Там! — он коротко указал пальцем в сторону, и снова ввязался в бой сразу с двумя гориллами.
Быстро смотрю в том направлении, и между деревьями вижу двух жрецов в окружении раханидов. Чуть поодаль за ними, маячили несколько мелких фигурок у костра. Несколько тангорских воинов опрометчиво кинулись к ним, но были мгновенно изрублены. Одного из них, жрец убил изогнутым кинжалом искромсав ему лицо, а после, одним движением руки сбив с него шлем, огромной лапой раздавил тангору череп. Казалось бой шёл по всему пригорью. На чьей стороне перевес, оставалось только гадать.
Говорить что-либо своим товарищам не пришлось. Низко пригибаясь к земле, мы стремглав рванули к этим ублюдкам. Пробегая за спиной какого нибудь раханида или гориллы, я злорадно полосовал их куда не попадя, но в основном старался нанести увечье. Враги были отнюдь не в халатах, и что бы убить кого-то из них клинком, нужно было постараться. А вот у тангоров с их булавами дело обстояло несравненно лучше. Против раханидов с их щитами и юрких загонщиков, им конечно приходилось попотеть. Но вот дикари, хоть и были сильны на удар, однако оказались медлительны.
Проряжая по пути ряды тёмных, нам наконец удалось подобраться к жрецам и их грёбаным шаманам. Заметив нашу группу и что-то рыкнув рахам позади них, не сговариваясь колдуны ринулись на нас. Не сбавляя ходу, мы кинулись на них. Тарталан первым добрался к одному из жрецов и они закружились в смертельной пляске. За мгновение до того, как мы с Хатой обрушились на второго, я заметил как жрец бившийся с Тариком одним молниеносным движением ушёл от его тяжёлого меча и тут же полоснул экаилианца по животу, рассекая кожаную броню и выбивая небольшой сноп искр. От неминуемой кончины эквилианца спас шрам, что стал результатом непостижимой уму магии Разнака, спасшего варвару жизнь при охоте на ведьму.
На первых же секундах боя против своего жреца, я понял, что эти двое уже отличаются от виденных мною ранее. Они были более худощавы, и двигались хищно и быстро, словно ягуары на охоте. Как бы мы с алагатом ни старались, но эта тварь не давала нам и шанса нанести ему хоть какой-то урон. Жрец уклонялся рывками, подныривал под удары и тут же контратаковал своим кинжалом. Только благодаря Хате я не умер в первые же мгновения боя против этой гниды.
— А́рунгун! — выкрикнул вдруг жрец, и резко выбросил вперёд руку.
Маленький круглый мешочек вырвался из его лапы, и тут же взорвался зелёным туманом. Неудачно попавший в это облако алагат, выронив оружие схватился за горло, и задыхаясь упал между нами, корчась на земле всем телом в неистовых муках.
Жрец виртуозно отпрыгнул назад и показушным финтом перехватил кинжал. Мне хотелось броситься на помощь Хате, но я понимал, что эта сука в рясе меня сразу убьёт. Тарик в бешенстве выкривая проклятия размахивал своим двуручником, но успеха не было и у него. Силы варвара были отнюдь не бесконечны, и его оппонент это прекрасно понимал, продолжая уклоняться и выкачивая из эквилианца силы. К моему недоумению, Тарталан не превращался в берсерка. Шаманы уже вздымали руки для очередного заклинания, и я почувствовал, как с их стороны колыхнулись потоки Силы… Но в то же время, кто-то начал задействовать Силу и позади меня!
— Зря Кир Де Гарро́т возвысил Ка́ратана! — пророкотал жрец. — Если такой как ты смог его убить, то он не достоин был внимания Хозяина!
Краем уха из какофонии продолжавшейся вокруг битвы, улавливаю знакомые звуки речитатива!
— Да, — язвительно произнёс я сквозь хриплые вздохи усталости. — Зря… Зря он послал этого выродка со своими холуями в мои земли!
— …А́йданун курында́ш!
Бросившись в сторону, я буквально щекой почувствовал как мимо пролетел сверкающий клин, пробил грудь жреца навылет, разнёс в клочья одного шамана, и оторвал левое плечо вместе с рукой другому! Оставшиеся шаманы бросились в рассыпную. Грохот от применения горак нудуш и смерть соратника, заставили второго жреца на долю секунды отвлечься. Тарик не упуская момента, перехватывает его руку с зажатым в ней кинжалом, и отбросив меч, варвар от души врезал кулаком ему в челюсть. Благо она у него была такая, что не промахнёшься. Жреца отбросило в сторону и его ноги стали ватными. Парой сильных ударов могучий варвар поверг его на землю, и пинком ноги выбил кинжал из его ослабевшей руки. Для верности, эквилианец наклонился и размашисто добавил жрецу ещё. Потом встал, поднял меч, и одним резким движением вогнал его в вяло шевелившееся у ног тело.
— Вы! Все! Горееееть! — раздался скрипучий голос.
Тело, надрывая жилы закрутилось в сторону откуда раздались слова. Один из шаманов оказался более стойким чем его соратники. С исказившимся, словно у маньяка перед убийством беззащитной жертвы лицом, рах чуть отклонился назад и выпустил из двух рук потоки пламени. Зная насколько всеобъемлющим и уничтожительным является это заклинание, я понимал — спастись, просто нет шансов. Тогда у меня был неплохой щит, прикупленный в Арнагейте. Только он, и Сила, спасли меня тогда от мучительной смерти. Но сейчас… К тому же, рах выбрал чертовски удобную позицию. Он сожжёт нас всех!
Вдруг, на пути огня словно из ниоткуда возник какой-то тангор! Его броня была изрядно помятая ударами, а чёрная кровь разводистыми кляксами покрывала его едва ли не с ног до головы.
— Глупец! — выкрикнул я.
Тут он вскинул окровавленную булаву вверх прикрываясь щитом:
— Айданун РУШ!