Алан задумчиво кивнул. «Клэр, сад, телефон, – подумал он. – Либо она планировала зарыть картину под розами, либо у неё есть любовник, который принимает звонки только в зарослях. В любом случае, пахнет интригой покрепче, чем рыба в пабе в пятницу».
– Спасибо, Питер, – сказал он вслух. – Если вспомните ещё что-то, дайте знать. И, ради бога, не прячьтесь больше в кустах – я чуть не принял вас за местного призрака.
– Конечно, сэр, – Питер кивнул так быстро, что кепка едва не слетела, и скрылся в сумерках, будто его позвали поливать гортензии на другой конец графства.
Дома Алан застал Эмилию за вязанием – она сидела в кресле, будто королева, плетущая заговор из шерсти. Она подняла взгляд, изучая его, как карту с маршрутом к семейным тайнам.
– Судя по твоему лицу, ты опять влез в какую-то кашу, – заметила она, не отрываясь от спиц.
– Ты читаешь меня лучше, чем я читаю газеты, мама, – Алан плюхнулся в кресло напротив, потирая виски. – Клэр, Джеймс, садовник Питер – все что-то скрывают. Это как игра в прятки, только никто не сказал, что я ищу.
Эмилия улыбнулась, будто знала больше, чем говорила:
– В Сент-Мэри все прячут что-то, дорогой. Вопрос в том, кто из них споткнётся о собственный секрет первым.
– Хотелось бы, чтобы это случилось до того, как я поседею, – хмыкнул Алан, глядя в окно. Сумерки ползли по саду, как непрошеные гости, и он подумал: «Если этот сад Рэйвенов и правда ключ, то я его раскопаю, даже если мне придётся пересаживать каждую розу вручную». Он откинулся в кресле, чувствуя, как усталость смешивается с азартом. «Держись, Сент-Мэри, – мысленно бросил он вызов. – Я ещё не закончил вытряхивать твои скелеты из шкафов. Или из клумб».
Глава 5
Антикварные тайны
Утро в Сент-Мэри выдалось свежим, как только что заваренный чай, с лёгким ветерком, который шевелил занавески, будто напоминая, что пора вставать. Алан направился в антикварную лавку Элизабет Грин, решив, что если кто-то в этом городке знает больше, чем говорит, то это точно она. Лавка стояла в центре, потёртая временем, как старый чемодан, который повидал больше вокзалов, чем его хозяин. Колокольчик над дверью звякнул, приветствуя его с энтузиазмом дворецкого, которому наконец-то дали выходной.
– Доброе утро, мистер Уэст, – Элизабет подняла взгляд от кулона, который разглядывала через лупу, будто искала в нём смысл жизни. – Надеюсь, вы не пришли снова обвинять меня в краже? Я ещё не готова к наручникам, знаете ли.
– Пока нет, мисс Грин, – Алан ухмыльнулся, подходя к прилавку. – Хотя, если вы вдруг решите спрятать картину в этом хламе, я первый скажу, что это гениально. Слышал, Клэр была очень занята в вечер кражи. Может, забыла подать лорду чай, пока бегала по саду?
Элизабет едва заметно напряглась, но тут же прикрыла это улыбкой, острой, как лимонный пирог без сахара:
– Клэр? Слишком правильная, чтобы воровать картины. Хотя, если она и бегала по саду, то, наверное, искала место, где плющ ещё не захватил власть.
Алан прищурился, уловив её тон. «Опять этот сад, – подумал он. – Это уже не совпадение, а прямо-таки намёк размером с Биг-Бен». Он небрежно взял со стола старую статуэтку и повертел её в руках:
– Согласен, в Сент-Мэри секреты растут быстрее, чем сорняки. Может, слышали что-нибудь интересное? Вы же тут как местный Шерлок в юбке.
Элизабет оглянулась, будто проверяя, не подслушивает ли кто из её антикварных стульев, и понизила голос:
– Вчера заходил Джеймс Грейвс. Нервный, как кот на горячей крыше. Спрашивал про картину – её ценность, историю. Странно для парня, который вряд ли отличит Рембрандта от рекламного плаката пива.
– Интересно, – Алан поставил статуэтку обратно, стараясь не выдать, как его зацепило это замечание. «Джеймс, сад, картина, – крутилось в голове. – Это как рецепт пирога, только вместо муки – тайны, а вместо начинки – чьи-то нервы». – И что вы ему сказали?
– Что она бесценна для Рэйвенов, – Элизабет пожала плечами. – Семейная реликвия, знаете ли. Но он смотрел так, будто хотел её продать или спрятать под подушку.
– Спасибо, мисс Грин, – Алан кивнул, чувствуя, как пазл в голове начинает обретать форму. – Вы мне очень помогли. И, ради бога, не продавайте ничего подозрительного, пока я не вернусь.
– Только если вы не купите этот кулон первым, – бросила она с лёгкой улыбкой, провожая его взглядом.
Выйдя на улицу, Алан остановился, глядя на сонный городок. Солнце пробивалось сквозь облака, но тени казались длиннее, чем нужно. «Элизабет знает больше, чем говорит, – подумал он, засовывая руки в карманы. – И этот сад… он как плохой гость – всё время маячит на заднем плане, но никто не хочет его замечать». Он хмыкнул про себя: «Если я прав, то скоро мне придётся взять лопату и выяснить, что там растёт, кроме роз и семейных скелетов».
Несколько дней спустя Алан столкнулся с Элизабет на площади. Она выглядела усталой, но всё ещё держала марку, как аристократка на последнем фунте.
– Задумчивый вид, мистер Уэст, – заметила она, размешивая чай в кафе, куда они зашли. – Всё ещё копаетесь в тайнах Рэйвенов?
– Как археолог в поисках чьего-то потерянного достоинства, – кивнул Алан, отпивая кофе. – Почему вы скрыли правду, мисс Грин? Вы же знали про сад и картину больше, чем сказали.
Элизабет опустила взгляд, тихо ответив:
– Моя семья когда-то служила Рэйвенам. Я думала, что, скрывая это, защищаю их честь. Но правда – она как чайник на плите: рано или поздно начинает свистеть.