- Нет, не желаю.
- Так вы врали, Владыка? - изумленно воскликнула Алиса.
Теперь уже Марк смотрел на обоих пораженно. То, что он воспринял как проверку и издевательский тон, кажется, являлось чистой монетой. То есть, барон реально предлагал ему свою супругу? Что это? Первый шаг к примирению и согласие с прослушанной проповедью или у барона... Марк читал когда-то, что бывают люди, наслаждающиеся изменой партнёров, представляющих супруга в чужих объятиях... Или просто верный вассал королю - даже жену?
Да не всё ли равно?
- Я ни словом не солгал вам, госпожа Алиса. Всё, что я вам говорил или рассказывал - абсолютная правда. Неправда - только выводы, которые вы сделали. Вы сами себя обманули.
- Не называйте меня госпожой, Владыка, - поморщилась баронесса. - Ну, что ж... Раз всё так... Ужин стынет. Но не оставите ли вы нас с Анжеем... На совсем немного? Нам действительно надо... долаяться.
Марк пожал плечами и вышел.
Возвращаться в любимую столицу было боязно. Иначе это чувство и не описать - идёшь и постоянно сам на себя оглядываешься: а ты уверен? А точно хочешь вернуть всё это: государственные проблемы, слуг, постоянные интриги, сидение на троне, вникание в чужие проблемы?
Марк не смог точно ответить себе на этот вопрос, поэтому задавал его снова и снова. И все равно - шёл.
А возле столицы его встречал какой-то кошмар. Походный лагерь пришедших с герцогом рыцарей, воинов и их слуг, сейчас превратился в такую грандиозную свалку-помойку, что видно было издалека.
Марк подошёл к костру, где сидели двое рыцарей в плащах, но без доспехов.
- Вечер добрый, господа. А где остальные?
- Там! - махнул на городские стены один из них, даже не привстав.
- А мне давали слово, что в город неделю не войдут. Было такое?
- Так что ж мы, как собаки должны сидеть под стенами? - обиженно спросил второй. - Мы ж не воевать туда ходим, а...
- Понятно. Таково ваше рыцарское слово, я правильно понял?
Собеседники промолчали.
Направившись к городским стенам Марк ещё раз поразился этому чувству. Только что он испытывал раздражение, презрение, недовольство - господа рыцари у костра именно так это и восприняли. А сейчас всё это тает, а из под слоя ложных чувств высовывается удовлетворение и законная гордость.
Раздрай во вражеском войске сейчас знатный. А что нас ждёт во дворце?
Разумеется, никто его не остановил. Никто ничего не сказал. Только начали собираться все заинтересованные: Генрих, мажордом, начальник стражи... Марк коротко приветствовал встречающихся.
- Где тут коронованный наш?
- В зале, празднует, - отчитался мажордом.
- До сих пор?
- Можно и так сказать.
- Отлично!
- Звать группу захвата? - осведомился Генрих.
- Да. И прямо сейчас. Пусти часть людей через мой выход. А я пошёл.
Открыв дверь, Марк был поражен размахом падения нравов. Его роскошный пиршественный зал! А сидящие за столом?! Боже, о чём там толковал Бифи? Да по сравнению с этим свинарником его не самые высокие манеры были верхом изыска! В зале граммофон звенел какую-то разухабистую песню и компания ему дружно подпевала. Ну, надо же, успели уже оценить технические новшества!
- Явился! - герцог был пьян. Но и пьяный герцог оставался высокородным дворянином. - Стража! Кто посмел впустить сюда этого негодяя?
- Что делаешь ты здесь? - как можно более грозно спросил Марк.