— Это очень срочно! — беру себя в руки и вкладываю остатки сил в несколько решительных шагов. Прохожу мимо камердинера, пересекаю гостиную и врываюсь в кабинет, где отец как раз завтракает. К моей удаче, в полном одиночестве.
— В чём дело, Элена?
Отец смотрит на меня хмуро. Его неодобрительный взгляд проходится по мне, отмечая халат и мятую ночную рубашку. В таком виде леди Маалан не следует покидать спальню, а я вышла из покоев и даже прогулялась по замку.
Стыд и позор!
Но мне плевать.
Моя жизнь, моя гордость и честь висят сейчас на волоске.
Только один человек может спасти меня от брака с предателем.
— Простите, лорд Маалан, — Ларс входит следом за мной. — Леди не пожелала подождать в гостиной.
— Всё в порядке, оставь нас, Ларс. Надеюсь, есть очень веская причина, по которой ты явилась ко мне в таком виде, дочь?
По щеке против моей воли снова текут слёзы. Что, если он не поймёт? Что, если станет на сторону Советника? Что, если не захочет пойти против воли богини и разорвать союз истинной пары? Поверит ли он в то, что императрица пыталась меня убить? Ведь это немыслимо. Ларана — просто святая! Такой её, по крайней мере, все считают.
Как бы то ни было, но отец — моя единственная надежда. Если он не защитит меня, то никто не поможет. Я должна рискнуть.
— Отец, сегодня ночью я застала Рантара в постели с другой женщиной.
Затянувшееся молчание убивает. Медленно режет меня на кусочки, выкачивает жизнь и надежду до последней капли. Тяжёлый взгляд отца давит, и я не могу пошевелить даже пальцем.
Как же страшно…
— Он отменил свадьбу?
— Нет. Он хочет на мне жениться, но я…
Отец встаёт из-за стола, подходит к окну и отворачивается от меня, сцепив руки за спиной.
— Элена, я потакал твоим капризам в детстве и, кажется, зря. Мне жаль, что Рантар изменил тебе, да ещё накануне свадьбы. Увы, мужчины склонны к этому, но вас связала метка богини. Такие узы невозможно разорвать, от брака нельзя отказаться.
Надежда тает с каждой секундой. Я проваливаюсь в бездну отчаяния, которая высасывает силы и желание жить.
— Отец… — я слизываю солёную влагу с губ. По щекам бегут слёзы. Это конец. Отец не поможет, никто не поможет. Я обречена на жизнь с мужчиной, который предал меня и продолжит это делать.
Из моего горла вырывается рыдание. Ноги отказываются держать, и я опускаюсь прямо на мягкий ворсистый ковёр.
Отец оборачивается, смотрит и непроницаемое выражение лица меняется. Он бросается ко мне, опускается на колени рядом, обнимает, прижимая к груди.
— Девочка моя, ну не надо так убиваться! Муж — это лишь малая часть жизни женщины. Тебя ждёт жизнь при дворе, ты будешь блистать на балах и приёмах. Потом родишь дитя, станешь матерью и всё прочее перестанет тебя заботить вовсе.
Я прижимаюсь щекой к отцовскому плечу, тонкий шёлк его туники холодит кожу и впитывает мои слёзы, мгновенно намокая.
Возможно, слова отца имеют смысл. Внутри разрастается жгучая боль. Сейчас я очень жалею, что поддалась соблазну, и отдалась Рантару до свадьбы. Мне никогда не забыть его нежные прикосновения, поцелуи, чувство единения с любимым мужчиной.
Я влюбилась с первого взгляда, ещё до того, как богиня связала нас узами истинной пары. Я молила о том, чтобы именно Рантар Кандаан стал моим единственным. Моё желание сбылось, но теперь я плачу жестокую цену за это.
Рыдаю уже без остановки. Отец гладит меня по спине, но нет такого утешения, которое способно облегчить страдания и боль от предательства.
Драконы редко так нежны со своими детьми, как Антор Маалан. Моя мать умерла, когда мне было пять лет. Я бросила говорить, рыдала целыми днями и теряла силы и волю к жизни.
Отец обращался к лучшим целителям, нанимал самых опытных нянек, самых прославленных комедиантов, чтобы спасти меня.
Потихоньку я пришла в себя. Нельзя сказать, что помогло что-то конкретное. Поэтому отец никогда не прекращал радовать меня.