Михаил Девятаев: читать начало книги онлайн

– Решил, что мы без тебя тут не справимся? Аника-воин нашелся! Спасать нас явился!

Девятаев растерялся, попав под перекрестный огонь двух главных своих начальников, он понял, что совершил мальчишескую глупость. В халате и тапочках посреди аэродрома он был просто жалок. И отцы-командиры сменили гнев на милость: парень ведь в родной полк явился, а не к бабам на гулянку сбежал.

– Ладно, долечишься в полку. А потом на медкомиссию. И только после этого в строй. Ясно?!

– Так точно, товарищ командир! – повеселел Девятаев.

Со своим полковым врачом он быстро нашел общий язык. Через неделю начальник медслужбы истребительного полка признал его годным к полетам на «яках». К тому времени и форменную одежду из госпиталя доставили, и документы.

В строй! В бой! В небо!

В строю Девятаев пробыл недолго – до конца сентября. На десятый день сентября лейтенант Девятаев под Ромнами сбивает еще один немецкий самолет – Ю-88. Вот как это было:

«23 сентября 1941 года мне было поручено срочно доставить важный пакет в штаб действующих наземных войск. Благополучно сделав посадку на шоссейную дорогу, я передал пакет по назначению. На обратном пути мне предстояло разведать дороги, идущие на Прилуки и Ромны. По ним двигались немецкие войска и техника. В стороне я увидел до десятка „мессершмиттов“, поочередно заходивших на какую-то цель. Обидно стало, что они так безнаказанно хозяйничают на нашей земле. Решил внезапно атаковать их. Зашел со стороны солнца так, что они меня не видели, и не раздумывая бросился в атаку. В прицеле у меня мелькнул один из „мессершмиттов“. В тот же миг я нажал на гашетку пулемета. „Мессершмитт“ кувыркнулся, а затем задымил, выбросил из себя сноп пламени и повалился вниз. Но пока я ловил в прицел следующий истребитель, остальные атаковали меня со всех сторон. Белые полосы трассирующих пуль и снарядов скрещивались надо мной, самолет дрожал от попаданий в плоскости и фюзеляж. Я был ранен в правую ногу. Кое-как удалось вырваться из огненного кольца. Постепенно снижаясь, постарался уйти от преследователя.

Выйдя из боя, перевязал ногу ремешком от планшета, чтобы хоть немного остановить кровотечение. Неподалеку увидел заброшенный аэродром. Решил сесть. Но когда выпустил шасси и пошел на посадку, увидел группу женщин, которые махали платками: „Не садись! Здесь немцы! Скорее улетай!“ Я понял их сигнал. Снова набрал высоту и еле-еле дотянул до аэродрома. Произвел посадку и тут же потерял сознание от большой потери крови. Командир эскадрильи, Владимир Иванович Бобров, дал свою кровь, и мне влили ее прямо на плоскости самолета. Вскоре я пришел в сознание и был отправлен в госпиталь».

Глава седьмая

Небесный тихоход

Медсанбат… Белый ад военных мучеников. Крики, вопли, стоны раненых, у которых под «крикоином» ампутировали раздробленные руки, ноги… Девятаева привезли вовремя и вовремя сделали все необходимые инъекции, чтобы не развилась гангрена. Напомним, пенициллина тогда не было, его откроет врач Зинаида Ермольева спустя два года. А пока вся надежда была на природные силы молодого организма и на врачей госпиталя. Госпиталь не медсанбат, и Девятаева всерьез подлечили. Организм деревенского парня не подкачал, однако правая нога слушалась плохо. С такой ногой в тапочках в полк не сбежишь. Девятаев хромал. Хромых летчиков не бывает. Алексей Маресьев еще не совершил свой выдающийся подвиг.

И вот наступил судный день – летная медкомиссия. Как ни пытался Михаил скрыть хромоту, но за столом сидели опытные медики и бывалые летчики.

Председатель медкомиссии подполковник медицинской службы с серебряным ежиком волос сочувственно спросил:

– На чем летали?

– На истребителе.

Подполковник невесело усмехнулся:

– Ну какой теперь из тебя истребитель – с такой ногой? А? В пехоту и то не возьмут.

– Товарищ подполковник, я без неба помру!

– Сколько тебе лет?

– Двадцать пять.

– До ста лет дожить хочешь?

– Хочу.

– Тогда по земле ходи. С такой ногой ты в небе не боец.

– Товарищ подполковник, я все равно летать буду! Нога – моя, родная, она же не деревянная. Она меня слушается!

Девятаев падает на спину и выписывает ногой пируэты.

– Я ею расписаться могу!

Михаил вставляет между пальцами карандаш и выводит на листке: «Девят…»

Подполковник удивленно хмыкает:

– Овощ тебе в помощь! То есть хрен с тобой! Но в боевую авиацию не пущу. Пойдешь в «воздушные извозчики» – на У-2.

Но даже в небесные тихоходы удалось попасть не сразу. Вторая медкомиссия оказалась еще строже, ее не подкупили никакие фокусы Девятаева с искалеченной ногой. Могли приговорить его к нестроевой службе, но, понимая, что имеют дело с отменным храбрецом, направили отчаянного лейтенанта в Высшую специальную школу при Генеральном штабе Красной армии – учиться на «разведчика». Это была серьезная школа, она готовила кадры профессиональных разведчиков.