– Да… – Лея медленно выдохнула и прижалась виском к его скуле.
Дойдя до автомобиля, Андрей аккуратно посадил ее сзади и под присмотром солдат занял соседнее место.
– Куда нас отвезут?
– Сейчас – к точке, подконтрольной временному штабу. Оттуда – в безопасное место по решению руководителя штаба.
– А я могу узнать что-то о других выживших?
Солдат отрицательно покачал головой и нетерпеливо захлопнул дверь.
«Не накручивай себя! Отец был дальше всех. С ним точно все в порядке! А Илюха… Он был за спинами других. Он тоже жив, ясно?!»
Вспомнив, что во внутреннем нагрудном кармане лежал блистер с красными таблетками, Фенрир достал его и закинул одну в рот.
– Эй… Ты как?
Лея была похожа на зомби и не отреагировала на вопрос. Андрей коснулся ее руки, и она резко вздрогнула.
– Что?
– Не тошнит? Голова не кружится?
– Нет… Но… Что произошло? Я ничего не успела понять…
– Не знаю.
Впереди сидели двое солдат. Один вел внедорожник, второй держал оружие наготове. Окна были очень маленькие, больше похожие на бойницы. Андрей заметил, что по дороге перемещались только военные автомобили, скорая помощь и множество вооруженных людей. Вероятно, в воздухе находились толпы беспилотников и пара десятков вертолетов, но увидеть их с такой минимальной обзорностью не было возможности.
В наушнике вдруг снова раздался голос Леры. На этот раз более живой:
– Всем агентам – внимание. Действовать строго согласно приказам группы специального реагирования. Не пытаться проявлять инициативу, не перехватывать контроль. Не говорить больше, чем вас спрашивают. Если вы что-то знаете или видели, не пытайтесь активно донести это до солдат группы. На данный момент идет массовая идентификация выживших и погибших. В штабе Службы охраны президента есть все видеоматериалы, записи всех переговоров и данные всех датчиков. Если понадобятся ваши свидетельские показания, с вами свяжутся. Информация по выжившим, раненым и погибшим будет доступна в течение часа. Конец связи.
Андрей закрыл глаза и против собственных доводов попытался вспомнить, кто где находился в момент взрыва: «Отец был в прямой видимости. Метрах в пятнадцати от меня. Перпендикулярно по отношению к немцам. От них до президента было около двадцати метров. Значит, между ним и канцлером было вообще двадцать пять метров. Если живы мы, значит, после взрыва остался жив и он. Но кто и куда стрелял? И зачем?! Он успел лечь?.. Черт…»
Движение внедорожника замедлилось, и Фенрир, до боли сжав левую руку в кулак, почувствовал, как ногти впились в кожу. Несмотря на таблетку, он ощущал подавленное волнение за Илью. Потерять лучшего друга из-за несовершенства техники никогда не входило в его планы. Но, как сказала Лера, придется прожить целый час в неведении.
Впереди показался спешно организованный КПП. Четыре внедорожника и два БТРа образовывали плотную дугу с узким проездом к самому штабу.
Один из солдат произнес:
– На выход!
Андрей посмотрел на Лею, убедился, что она в себе, и вышел из машины, как только щелкнули замки. Не спуская глаз с девушки в процессе повторной процедуры идентификации, он сразу же снова приблизился к ней. Лея оставалась бледной и дышала неравномерно. Заметив Андрея рядом, моментально вцепилась в его локоть, ища поддержку.
– Постарайся дышать глубже и медленнее.
– Я пытаюсь…
Их провели к большому навесу штаба, откуда навстречу вышел Денис:
– Живые!
Фенрир почувствовал, что хватка Леи резко ослабла, и в последний момент в паре метров от Морока успел снова подхватить ее на руки, не дав упасть.
– Типа того.
С неба из оставленных в покое ветром туч заморосил мелкий дождь. Денис махнул кому-то рукой и озабоченно посмотрел на Лею: