– Холеные частные агенты выдерживают сорокавосьмичасовые смены. Без проблем.
– Только попробуй уснуть, – телохранитель приблизился к нему почти вплотную и ткнул пальцем в плечо.
– Не дождешься, – Давыдов агрессивно напряг челюсти и впился взглядом в Водолея.
– У вас все хорошо? – Лея спустилась по лестнице в домашней одежде и с удивлением уставилась на непонятную сцену.
– Андрей останется в ночь, – ответил Герман.
– О… Хорошо.
– С чего такая агрессия в мой адрес? – Фенрир не выдержал и состроил раздраженную гримасу.
– С того. Сдавай дневную смену, – Герман приложил большой палец к консоли.
Андрей проделал то же самое. Потом они поменялись местами и снова коснулись дисплея, переключив смену на ночную.
– Бесят наглые щеночки стервы Перовской.
– Что ты сказал?
– Ты меня услышал.
Лея молча наблюдала за происходящим, боясь открыть рот.
– Спокойной ночи! – нарочито громко произнес Герман.
– Тебе особенно… – буркнул Андрей.
– Спокойной ночи, Герман, – Лея устало вздохнула, закатив глаза.
Телохранитель покинул здание, и Фенрир защелкнул внутренние замки.
– Он сегодня весь день какой-то злой…
– Полнолуние. Аууууу! – Андрей изобразил волчий вой и рассмеялся.
– Видимо…
– Я на обход.
– Опять? Ты делал его пять минут назад.
– Вообще-то финальный дневной и первый вечерний обходы делают разные люди. Но раз уж я остался еще на двенадцать часов, мне придется сделать это самому.
– Обязательно?
– Если злостный Герман посмотрит камеры и поймет, что я забил на стандарты, точно устроит разнос. И будет прав.
Лея снова вздохнула:
– Правила… Сплошные правила… Приходи потом на кухню. Я заварю чай. Э… Приходите, – она закрыла лицо ладонями и рассмеялась. – Можно на «ты»? Меня ужасно раздражает это выкание…
– Кто я такой, чтобы отказывать дочери президента? – хмыкнул Андрей.
– Спасибо…
Когда она скрылась за дверью, Фенрир глубоко вдохнул и медленно выдохнул. «Гребаный чай…»