Через снегопад уже виднелся мчащийся нам навстречу прыжками огромный кот.
Глава 16
Снежный барс затормозил всеми четырьмя лапами, очень странно прервав последний прыжок, и плюхнулся задом прямиком в сугроб.
Шерсть на его загривке встала дыбом. Верхняя губа дёрнулась, обнажив клыки, а в горле заклокотал тихий рык. Вспыхнувшие серебром круглые кошачьи глаза с огромным чёрным зрачком, почти затопившим всю радужку, остановились… на мне.
Кот весь подобрался и стал медленно подкрадываться, не сводя с меня пристального взгляда.
Ах, так вот как себя чувствуют мыши прежде, чем их сожрут!
Бьёрн сжал мою руку, пресекая попытку к бегству.
- Клык, фу! Стой на месте, Фиолин. Не понимаю, чего на него нашло?
От окрика хозяина кот чуть припал к земле, прижимая уши, но продолжил напряжённо перетекать в пространстве по направлению ко мне. Я юркнула мужу за спину и прижалась там, осторожно высовываясь из своего убежища. В котором, я уверена, мне вообще ничего на свете не страшно.
- Клы-ык! – повторил Бьёрн угрожающим тоном. Кот скосил на хозяина виноватые глаза и последнее разделяющее нас расстояние прополз уже на брюхе, оставляя в снегу глубокую борозду. А потом… осторожно потянулся к нам огромной лохматой мордой и принялся нюхать воздух. Я мужественно постаралась остаться на месте и не взвизгнуть, когда кот аккуратно обогнул хозяина, нашёл меня в моём убежище и ткнулся носом мне в рукав.
Тут же далеко отпрыгнул, зашипев. Шерсть на спине стояла дыбом, а хвост взвился трубой.
Зрелище было и смешное, и страшное одновременно. Я раньше только видела, чтоб деревенские коты так вели себя.
Бьёрн успокаивающе погладил мою ладонь большим пальцем. Я цеплялась за мужа, дрожа, как осиновый лист.
- Не бойся, малыш! Я, кажется, понял, в чём тут дело. Эй, Клык, успокойся уже! Как я тебя понимаю, дружище. Мне этот придурок тоже категорически не понравился. К счастью, наши пути здесь расходятся. Надеюсь, больше и не пересекутся.
Развернув к себе и обняв меня за плечи, Бьёрн шепнул тихо:
- На твоей коже остался запах. Когда эта дубина тебя лапала. Надо срочно что-нибудь придумать, чтобы его стереть.
- Я могла бы обтереться снегом, - неуверенно предложила я. Но потом увидела, как сверкнули глаза мужа, и осеклась.
Он медленно поднял мою руку к губам, не отрывая от меня взгляда.
- Мою жену могу трогать только я.
Осторожное прикосновение к запястью губами – и на моей коже расцветает цветок его поцелуя.
Большой палец медленно проводит по ладони, раскрывая её. А вслед за ним – губы движутся по линии моей судьбы. Неспешно целуя. Стирая всё, что было до.
Я замираю, будто заколдованная – мир исчезает, мы скрыты от него пеленой плавно кружащего снега, и больше ничего не существует в нём, кроме нас двоих. И движения горячих губ по коже.
Длинный выдох. Он отрывается от моей руки, и тёмно-синий взгляд ловит меня в ловушку. Дрогнувшие чёрные ресницы.
- Давай-ка быстрее отсюда выбираться. Пока я не увлёкся… и не начал оставлять свой запах по всему твоему телу. Чтобы ни у кого больше не было сомнений, что моя женщина – наконец моя.
Растерянно отвечаю на взгляд.
Совершенно не замечаю, как снова подходит Клык и начинает тереться об меня, оглушительно мурча. В пылу чувств толкает меня здоровенной башкой в спину так, что я невольно делаю шаг вперёд и прижимаюсь к мужу всей грудью.
Мой.
Ты тоже – мой.
До тех пор, пока длится договор. До тех пор, пока длится моя зимняя сказка.
Поднимаю руку и делаю то, чего мне так давно хотелось – собираю с его волос снежинки кончиками пальцев.