- Это хорошо. Позовёшь, когда закончишь. Не торопись.
Окатив меня на прощание медленным, тягучим взглядом с головы до ног, Бьёрн уходит.
На негнущихся ногах я бреду к ванной.
Битый час просто стою, глядя в пустоту, и кусаю губы. На коже всё ещё горят прикосновения шершавых горячих ладоней. Они как будто отпечатались на мне, я всё ещё чувствую их, хотя мой муж давно ушёл. Как будто поставил на мне печать принадлежности.
Неторопливо снимаю сорочку – прикосновение ткани к моей разгорячённой коже ощущается почти болезненно. Когда остаюсь совсем обнажённой, становится намного легче.
Оглядываюсь на дверь слегка нервно. За ней тишина. Но шагов не было, и я знаю, что Бьёрн никуда не уходил.
Это будоражит и сводит с ума.
Я – голая, и он так близко.
Но потом я всё-таки заставляю себя вспомнить, что меня ждёт нечто потрясающее этой ночью…
Ванна!!
Видимо, наливали в неё практически кипяток, потому что она до сих пор не остыла. Испускает лёгкий пар, на поверхности плавают веточки каких-то трав, одурманивая пряным ароматом.
Я осторожно переношу ногу через ботик… пробую кончиками пальцев…
Забираюсь в неё вся и медленно опускаюсь, смакуя каждый миг.
Откидываю голову, закрываю глаза.
Моё тело обнимает жар, погружая в непередаваемое блаженство. По телу пробегает сильная дрожь, до самых кончиков пальцев на ногах, - как будто с этой дрожью из него выходит весь холод, накопленный за долгие годы блуждания в снегах и тоскливом одиночестве.
Не могу удержаться – с моих губ срывается длинный хриплый стон наслаждения.
- Господи, дай мне сил… - вздыхают за дверью.
Я почему-то улыбаюсь.
Долго-долго просто лежу неподвижно, вся отдаваясь волшебным ощущениям. Абсолютного покоя и невозмутимости. Я будто в колыбели. И хотя ванна не такая большая, чтоб вытянуться в полный рост, приходится чуть поджимать ноги, я чувствую восхитительную лёгкость. Словно заново рождаюсь на свет.
…А потом где-то далеко, в коридоре за дверью, раздаются неторопливые тяжёлые шаги.
Как будто кто-то чужой вторгается в мой крохотный мир, в котором только-только установились хрупкое равновесие и правильность.
В первый миг я ещё надеюсь, что шаги пройдут мимо. Но они всё ближе и ближе.
Я рывком сажусь в ванне, расплёскивая воду, и подбираю колени к груди испуганно. И почему не закрылась, дура?! Чувствую себя ужасно уязвимой и беззащитной.
Даже через дверь я буквально кожей ощущаю изменившуюся атмосферу. То, как напрягся Бьёрн. Чувство, как перед грозой, когда воздух накаляется и вот-вот готов разрядится огненными стрелами из тёмных туч.
Вальяжный, очень низкий мужской голос произносит:
- Что, поссорился со своей молодой женой, и она тебя отправила спать в коридор?
Бьёрн молчит.
Потом произносит ровным тоном:
- Очень топорная попытка вывести меня на эмоции. Мог бы придумать получше. Кто ты и что тебе нужно?
Незнакомец хмыкает.