Гача-игры до добра не доводят. Том 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так значит, тут держали пленников? Получается, орки напали на укрепление, не нашли своих и ушли? — примерно такая вырисовывалась картина произошедшего. Орки напали, не оставили ни одного воина живым, не нашли своих и пошли на поиски своих дальше.

Или орки просто совершили набег на башню, не подозревая о тюрьме под ней. Пока я думал, Псоглав и Копейщик успокаивали мертвых меткими ударами копья в черепа. Эта нежить была даже посильнее, судя по яркости некротических глаз.

Но судьба пленников была очень жестокой: быть замурованными в каменной темнице, скованными руками и ногами кандалами, без воды и еды — смерть была довольно мучительной.

— Хмм, а с этих уже выпадают карты призыва, — мысль тут же перескочила на данный факт, поскольку судьба пленных особо меня не задевала. Конечно, это все грустно, особенно когда в толпе мертвецов были и детские фигуры иссушенных мумий.

Прекрасно видя даже с минимальным светом, я шел между клеток, видя, что в них были заперты многие расы: были клетки с гномами, эльфами, естественно, орками, зверолюдьми и еще несколькими менее многочисленными расами.

Пока Псоглав и Копейщик упокаивали нежить, я решил посмотреть, получают ли они боевой опыт за подобное, и оказалось, что да. Копейщик уже был близок к получению третьей звезды, а Псоглав только добрал процентов шестьдесят своей шкалы опыта.

Стоило заметить, что клетки были из металла, на котором даже ржавчины не появилось, и выглядели такими же прочными, как и прежде. Все еще непонятно, зачем было подобное под башней. Возможно, империя занималась работорговлей, и сюда свозился пойманный товар, который по какой-то причине не приехали забирать.

Вскоре все, подававшие признаки не-жизни, были окончательно упокоены, и теперь я мог собрать девять карт нежити, которыми оказались мумии.

Надеюсь, в будущем можно будет продавать подобные карты системе, иначе я не вижу смысла их восстанавливать, учитывая, что восстановление необычного призыва стоит как призыв пяти случайных необычных призывов.

После этого я решил поискать, что тут есть интересного, и вскоре нашел крепкую дверь, которая без проблем открылась, поскольку была незапертой. За ней обнаружился пустой кабинет.

Видимо, поскольку это помещение было герметичным, время пощадило все, что тут находилось. Поэтому я с возросшим любопытством подошел к столу, не забыв открыть карту, чтобы проверить, есть ли в комнате ловушки.

На карте отобразился этот подземный этаж, и никаких ловушек не обнаружилось. Поэтому я более спокойно подошел к столу, разглядывая бумаги: какие-то отчеты, доклады, доходы и расходы. Естественно, первым делом я обратил внимание на даты.

Фигурировал 955 год от катаклизма. Я немного поморщился, поскольку не знаю, какой сейчас год. В деревне такими вопросами не задавались и были рады прожить еще один год без происшествий. Но я думаю, что сейчас где-то 1400 или 1500 год — сложно так сказать.

Глава 3

За гранью разумности

Поскольку видел я хорошо и в темноте, всё же заметив настольную лампу, и не включить ее было бы глупо, дёрнув за шнурок, и кристалл вместо лампочки засветился тёплым светом. Тот был отполирован и имел шарообразную форму; присматриваясь, можно было видеть некоторые вспышки в самом кристалле, что и давали этот приятный свет.

Вернувшись к бумагам, я подумал, как хорошо, что понимаю, кажется, все языки и могу читать даже текст. Наверное, многим пришлось бы расшифровывать, поскольку за 500 лет язык может очень сильно измениться. Сейчас, сидя в кожаном кресле, я пролистывал бумаги в поиске зацепок, но видел лишь бухгалтерию.

Решив открыть ящики стола, я обнаружил запечатанную бутылку алкоголя и пару бокалов к нему. В следующем нашёл какие-то папки, а сверху — клочок бумаги с 8 цифрами. Я невольно улыбнулся, поглядывая на сейф, что был вмурован в стену и имел крутящийся механизм.

У этого замка, несомненно, было своё название, но я его не знал. Поэтому с бумажкой я подошёл к сейфу, когда на нём была гравировка из рунических цепочек. Тут их было несколько: одна шла квадратом по стенкам сейфа, и ещё одна вязь кругом вокруг замка — это определённо была защита от взлома. Решив пока не трогать сейф, я вернулся к столу.

Попутно запомнив несложную комбинацию цифр, что почему-то не смог запомнить тот, кто сидел в этом кабинете. Было ещё два стола, в одном нашлись кожаный мешочек с монетами, курительная трубка, коробочка с табаком и ещё мешочек с гроздью украшений.

Открыв последний ящик, я увидел шахматную доску и, значительно удивившись, вытащил её, открывая и видя в принципе знакомые шахматные фигуры. Было сложно поверить, что в разных мирах могли изобрести одну и ту же игру.

Расставляя фигуры, я размышлял о поразительном совпадении: какова вероятность, что игра может быть точно такой же, как в моём прошлом мире? Расставив фигуры, я начал партию с самим собой, попутно обдумывая этот удивительный факт.

«Неужели были до нас другие иномирцы?» — поставив воображаемому сопернику шах, я продолжил атаку, погружаясь в догадки и пытаясь определить, когда это могло произойти. Самым значимым событием был, несомненно, катаклизм. Могли ли оставшиеся выжившие иметь в своих вещах шахматную доску? Конечно, могли.

«Получается, сама легенда не совсем верна…» — так и не закончив партию, я уселся обратно в кресло, понимая, что так можно додуматься до чего угодно и поверить в заговоры правительства и божественных сущностей.

Возможно, всё это лишь игра моего воображения, ведь даже сейф напоминает мне о прошлом мире. Кажется, я действительно напридумывал лишнего. Однако, глядя на шахматы, я не могу избавиться от ощущения, что они не должны существовать в этом мире.

В комнату вошла Аврора. Заметив меня сидящим в кресле и смотрящим задумчивым взглядом на доску, она подошла ближе и увидела, что большинство фигур были «съедены», и короли остались друг против друга.

— Мастер, вы умеете играть в имперские шахматы? — с приятным удивлением прозвучало у меня в голове, когда она, приблизившись, взяла несколько фигур, рассматривая их с интересом.

— Да, видимо, умею немного. Много знаешь про эту игру? — открыв стол с папками, я развязал одну и увидел листки с досье на тех, кто здесь был заточен.

— Знаю лишь, что игра очень древняя и её любят аристократы… — начала она, аккуратно складывая фигуры в доску, пока я просматривал краткие сводки о пленниках: откуда они, сколько лет, где были схвачены и по какой причине.

Большинство дел касалось контрабанды и шпионажа — эти два пункта постоянно чередовались. Перестав просматривать дела, поскольку в них тоже не было ничего важного, я заметил: