– Имеешь что-то сказать против, наблюдатель?
– Нет. – Помявшись, ответил тот. – Питер находился в родовом поместье на момент объявления войны и может считаться вашим законным союзником.
– То-то же! – Она победно направила указательный палец куда-то в потолок. Граф, тем временем, закончил теребить бороду и пришёл к какому-то решению.
– Эх, такая возможность! Для сыновей тоже попросим. – Меня уже даже не спрашивали, а ставили перед фактом. Аристократы такие аристократы.
Кто-то деликатно покашлял за спинами. Для этой семейки – деликатно. Но Медведевы отличались завидной толстокожестью и никто не обратил внимания.
– Так этмо. Гхм! Гхм! Гхм! – Со второго раза вышло внушительней – даже стёкла в комнате зазвенели.
– Чего тебе, Игнатка? Не помогло зелье? – Граф взволнованный подошёл ко всё ещё лежащему племяннику.
– От горюшко ты мое... Да с вами он хочет, балда ты. – Чем дольше тут нахожусь, тем очевиднее для меня становится, что старая графиня тут серый кардинал и голос разума.
– А, ну раз так то конечно. Возьмём, чего и не взять-то.
Пока ждали второго графского сына, в комнату притащили старый портрет деда. На полотне в одну сторону смотрел суровый седой мужчина с бородой и кустистыми бровями. Явный предок графа – сходство было поразительным. Посередине картины тело человека плавно превращалось в звериную тушу. Как отражение в зеркале, в другую сторону смотрел медведь. Художнику удалось передать животную силу и ярость, отобразить легкие красноватые искорки на буром мехе и металлический блеск внушительных когтей.
– Вот он. Последний Хозяин Тайги. – Гордость так и пёрла из графа. – Как молиться будем, монах?
– Будем вслух повторять вашу просьбу. – Теперь для все только вслух.
– Хочу стать Хозяином Тайги! – За графом вразнобой повторили и младшие родственники.
– Можно и так, только, боюсь, умереть вы можете, если класс получите, а соответствия будет мало. Давайте лучше по другому: Система, дай достойному класс "Повелитель Тайги". – Не нужны мне эксцессы.
– Хорошо, монах, пусть будет по твоему.
Молитву начали сразу же – получился такой себе басовитый хор. Только Игнатка где-то посередине сбился и стал нести отсебятину. Вроде бы всё должно было пройти успешно, но... Но судя по недовольным лицам Медведевых результата не было.
– Ничего. – Тяжко вздохнул старшенький.
– Не достойны... – Голова графа поникла.
Облегчённо выдохнул застывший на диване Бамбуков.
На лице же Игнатки одна за другой сменились разные эмоции. От радости до испуга и раскаяния и снова до радости.
– Игнатка, внучёк, а у тебя что? – Ласково спросила Алёна Прохоровна.
– Этмо. Засмотрелся я на когти прадедовские и сбился с молитвы. И смотрел я на них и так захотелось мне такие же – острые, железные, чтобы всё пробивали... – Ответил он покаянно.
– Не томи, говори уж дальше.
– Так этмо, перк новый мне Система дала. "Адамантовые когти".
– Молодец, внучёк. Ха-ха. Хоть что-то получил. А то эти балбесы забыли, что кто много желает, тот и мало не видает. Замахнулись на легенду остолопы. Запамятовали, сколько дед работал для этого.
Медведевы не сильно довольные покинули терем – пошли отстаивать свою берлогу. Теперь у них появился хоть какой-то шанс, хоть какое-то оружие против щитов пехоты. Спустя час младшенький забежал и отчитался перед графиней, что вражескую цепь удалось в одном месте прорвать, убить несколько магов и продвижение Лосевых остановилось.
Я тоже сидел недовольный. Мне всё время казалось, что в неудаче есть и толика моей вины, что я сделал недостаточно, и теперь все жители Берлоги обречены. Как ещё можно помочь этим людям?
– Алёна Прохоровна, А как на оборотней действует негатор? – Мой вопрос отвлёк графиню от тяжких дум.
– А никак. Застывают в текущей форме да и всё. Навыки не могут использовать, как и все. – Она с надеждой посмотрела на меня.
– Тогда у меня есть идея. Зовите сюда всех свободных. – Наблюдатель, заслышав эти мои слова, только молча схватился за голову.