А что делать мне? Никак не рассчитывал попасть на родовую войну. Тут я слабый помощник. Конечно, графская семья была мне симпатична своей простотой, непосредственностью, старым духом и мне хотелось им помочь.
Канонада и взрывы не прекращались, но в гостиной Медведевых все молчали. Я встал размять ноги и, проходя за спиной Бамбукова, невзначай глянул на экран его планшета. Рассмотрел мало, тем более наблюдатель заметил и рефлекторно закрыл экран. Потом увидел, что это я и перестал прятать.
– А Питер, ты ж с Терры-78. Как тебе на Бояре?
– Многое не понятно, Лаврентий Павлович.
– Да? Присаживайся, постараюсь ответить на твои вопросы. – Он указал на место на диване рядом с собой. Планшет же поставил на журнальный столик, облокотив на вазочку с печеньем, так что мог посматривать на экран. Как и я, когда присел рядом.
– Какова ваша роль в этом конфликте. – Задал первый вопрос после приглашающего жеста.
– Наблюдатели милостью его императорского величества следят за соблюдением уложения о родовых войнах. Чтобы свара двух родов не переросла в более масштабный конфликт. Нам не нужны лишние жертвы и потрясения. Хаос должен быть управляем.
На планшете тем временем транслировалась видеосъёмка с дрона. Бронемашины при поддержке пехоты и магов планомерно продвигались по городку. Уничтожая и сжигая всё на своём пути. Без труда ломая любое сопротивление. Защитники просто так не сдавались, но мало что могли сделать своими ружьями прикрытым силовыми щитами пехотинцам и магам атакующих.
На моих глазах пара огромных медведей ворвалась в строй пехоты, но даже их когти не могли разрушить щиты. Да, солдаты разлетались как кегли, но большинство вставало и открывало ответный огонь. А когда подходили маги, то медведям приходилось уносить ноги.
– Торжество маготехнической науки над замшелым ретроградством. – Лаврентий Павлович тоже смотрел трансляцию. – Хомяковы очень хорошо снарядили Лосевых. И помогли с наёмом магов. У Медведевых нет шансов.
Алёна Прохоровна в своём углу что-то неразборчиво проворчала. Мне тоже кое-что не понравилось.
– Они не щадят никого. Убивают всех подряд! Это нормально?
– Вполне. – Наблюдатель переключил на другую камеру. Со второго дрона было видно, что на поле между лесопилкой и домами уже возводится ограждение с колючей проволокой. – Вот сейчас построят фильтрационный лагерь, сгонят всех выживших туда, отберут полезных и согласных служить новому хозяину... – Воодушевления в его голосе не было ни на грамм.
– А остальные? – И тишина стала мне ответом. – Это бесчеловечно!
– Не вам судить, Питер. Ваш мир недавно в Системе. Вот сколько населения на Терре-78?
– Три недели назад было восемь миллиардов.
– Вот именно. Было. Уверен, на родине вас ждёт много перемен.
Ответить было нечего, слишком хорошо я представлял на что способны разного рода деятели систем. Но раздражение никуда не ушло, только переросло в злость и буквально непреодолимое желание спасти этих людей от расправы.
Хлопнула дверь, и в комнату ввалились граф с сыном и занесли раненого, истекающего кровью Игнатку. Алёна Прохоровна, не вставая со своего кресла, материализовала в руке флакончик со средним зельем исцеления и кинула его сыну, заодно спросив.
– Кто его так?
– Маги, будь они неладны. Все щитами силовыми прикрыты, и где только столько взяли? – Граф тяжело переводил дух и тоже, судя по всему, был ранен.
Я понял, о каких щитах идёт речь. Совсем недавно видел что-то похожее у Тюленева. Неужели они наладили массовое производство? Я припомнил ту печатку. Да нет, скорее просто появился талантливый мастер.
Но оружие против такой защиты у меня есть. Олений нож. Я даже дёрнулся передать его графу, но вовремя одумался. Один маленький ножичек навряд ли поможет в этой битве, а у внимательно за всем следившего Бамбукова наверняка появятся вопросы. Должен быть другой выход.
– Эх будь я как дед... Показал бы им Кузькину мать. – Граф на себе чуть волосы не рвал от злости и неспособности защитить родной дом.
– Так попроси помощи у гостя своего, дурында стоеросовая! Всё тебе объяснять надо? – Бабушка Алёна сорвалась на крик. Такой, что все присутствующие просто опешили.
– Да что он смо...
– А ты спроси!
Решил не мучать гордого человека и сам в очередной раз предложил помощь. Единственно, после Некрополиса меня очень смущала раздача классов и перков.
– Граф, я – странствующий монах До Ки Хота. Мы можем помолится и попросить у системы для вас новый класс. – Всё-таки эти люди не выглядят отъявленными обманщиками.
Бамбуков при этих словах дёрнулся, намереваясь что-то возразить, но Алёна Прохоровна его беспардонно перебила.