Несмотря на это, Ядвига Павловна успешно выполнила нормативы ГТО первой ступени и получила звание «Ворошиловский стрелок» первой степени. Однако из-за своего дворянского происхождения она не была принята в ряды комсомола.
В связях, которые могли бы её скомпрометировать, Ядвига Павловна замечена не была. Она понимает и поддерживает политику партии и советского государства.”
Значит судя по дате сейчас 1941 год июнь месяц. Встаю, на пол падают две пули. Снимаю с милиционера портупею и ремень с кобурой. За одно вынимаю документы. В кобуре наган, вынимаю патроны и проверяю, “офицерский”, теперь правильнее говорить командирский, наверное. В документах, заляпанных кровью, командировочное предписание. Выписано 20 июня 1941 года.
— Всё, прочитала. Что дальше? — спрашивает парень.
— Прочитал. Привыкай, даже думать о себе как мужчина. Если в дурку не хочешь или учитывая время где мы, к стенке, как пытающийся откосить от армии. Не смотри удивлённо и если я начну не правильно говорить, поправляй. Это вопрос нашего выживания. Достань чемоданы, по вагону пробегусь. — говорю я и выхожу в проход.
В вагоне мёртвых нахожу через купе. Мужчина лет за 40 и женщина скорее всего жена.
Вещей тоже не много. Нашёл, а вернее нашла трёх копчёных куриц и буханку чёрного хлеба. Чей то рюкзак, который высыпала на полку. Обычная мужская одежда, прикидываю, Вадиму сильно велика. Из полезного перочинный нож и котелок. Складываю в него добычу и иду обратно.
Вадим достал чемоданы и сидит смотрит на них.
— Чего смотришь? — спрашиваю его.
— Так закрыты.
— Карманы проверь у тебя ключ, по крайней мере от одного должен быть. — говорю я и лезу в небольшую девичью сумочку, что лежала на месте где очнулся, тьфу, очнулась.
Нахожу ключи и документы к значкам и справка из правления колхоза. Оказывается у нас и опекун есть. Открываю чемодан. “Да, Ядвига, девицей ты была лихой, но модницей.”- понимаю я. Четыре платья и бельё, похоже мамино, по тому как кружевное и красивое. Платья понарядней оставляю лежать в чемодане, простое белое в чёрный горошек беру. Трогаю грудь, лифчик нужен, тут как бы не двойка. Жаль спортивного костюма нет. Смотрю на ноги и понимаю туфли тоже надо менять, на тех, что на мне каблук как бы не 8 сантиметров. Как я по вагону ходил не понятно, наверное моторика тела сохранилась. Достаю трусы лифчик носки и полотенце.
Повернувшись вижу, что парень также копается в чемодане.
— Бери вон тот костюм, рубашку, трусы, майку и полотенце. — показываю я на нужное.
Он берёт что показала.
— Пошли к купе проводников, там в титане горячая вода должна остаться, надо кровь смыть.
— Слушай, если сейчас 41-й, то немцы могут прийти. — беспокойно говорит он.
— В окно погляди, состав в полях расстреляли, скорее всего с самолёта, дорог рядом не видно. Немцы сейчас в основном вдоль автодорог прут, так что часов шесть у нас точно есть. А вот если мы к нашим или тем же немцам в простреленной и окровавленной одежде попадём, то нас как мародёров и просто подозрительных пристрелят на всякий случай. — объясняю я стягивая платье.
Бельё тоже пропитано кровью, снимаю. Вадим тоже разделся и рассматривает свой член.
— Ты мужской член, что ли не видел? — улыбаюсь я.
— Отстань я привыкаю, мне с ним теперь жить, а я даже как пописать не знаю. — говорит он.
— Тут тебе проще достал из штанов, крайнюю плоть сдвинул и ссы. Потом потряс и ругнулся про последнюю каплю, и всё. А вот мне сложнее. — говорю я.
— Тоже, мне проблема, трусы спустила, юбку задрала, ну максимум половые губки развела и порядок. — возвращает он мне подколку.
Мы помогая друг другу, с помощью полотенец из купе проводников смыли кровь и свернули грязную одежду в простыню. Надели отобранное.
— Теперь осматриваем соседнии вагоны, нас интерисует, еда, оружие, рюкзаки, плащи. — увидишь спортивную одежду на меня бери.
Мы разбежались в разные стороны. Убитых я виделА раза три. Из полезного, нахожу компас у убитого командира, часов и оружия при нём не было. В первом вагоне нахожу большой прорезиненный плащ. В купейном вагоне наконец увиделА себя. Девушка брюнетка, волосы прямые до лопаток, грудь около двойки, худенькая, по стандартам 21 века фигура красивая, рост где то 160 сантиметров. Мордашка тоже подходящая, носик аккуратненький, губки в меру пухленькие, ушки вроде нормальные с маленькими серёжками. В наше время, на таку скорее всего оборачивались бы.
Выглянув из вагона вижу паровоз почти свалившийся на бок. Похоже бомба разрушила пути, но машинист успел почти остановится. Тут то “стервятник” и обстрелял вагоны. Ведь не мог не видеть, что состав гражданский. “Знаю я гады, что вы тут творить будете и по этому при удобных обстоятельствах убивать я вас буду, без колебаний и даже без ненависти. Как тех ублюдков в горах, захотели войну и террор, так получите и не обляпайтесь. Вы болезнь, я лекарство.”- почему то накручиваю я себя.
“Похоже тело влияет, читал гдето, что проблемы с женским мышлением, это влияние гормонов.”- пытаюсь я переключится.
Возвращаясь назад собираю газеты, и бумага и нужно этот мир понять. Вадим уже вернулся. Он нашёл армейский сидор и сейчас пытался понять как его завязать. Так же нашёл ещё одну курицу и начатую бутылку коньяка. Показываю как завязывается сидор и начинаю перекладывать вещи из чемоданов в мешки.
— Зачем шмотки тащить? Где ты в платьях красоваться будешь? — спрашивает он.