Усевшись рядом с Сашши, он принялся гладить того по отросшим волосам. В комнате пахло, как в Рождество, хвоей и мандаринами. Этот радостный запах, который всегда ассоциировался у него с праздником, совершенно не сочетался с картиной перед его глазами. Бедный и замученный друг, который за всю свою жизнь никого не обидел. Наверное, из-за этого густого запаха Дэйчи и не услышал, как в комнату к Сашши тихо зашел Айюб.
Альфа стоял в дверях, непонимающе оглядываясь и принюхиваясь. В комнате пахло медикаментами, доктор закрывал свой саквояж. Увидев эмира, он склонился в глубоком поклоне.
— Что произошло? — поинтересовался Айюб.
— Одному омеге вместо альфы попался форменный зверь! — Дэйчи сверкнул глазами. — Ты настоящее ЧУДОВИЩЕ! На нем нет живого места! Ты ему метку поставил или хотел кусок шеи откусить? Как ты мог поступить так со своим омегой?
Дэйчи сдернул простынь, и альфа увидел бледное тело, покрытое сплошь замысловатым узором из синяков и отметин зубов. Прикушенные места припухли, а синяки от засосов и отметины от пальцев на бедрах, наливались синевой. Альфа побледнел и подошел ближе. Дэйчи был так зол на него, что очень хотел врезать ему от души. Поправив простынь, омега спросил со всей язвительностью, на которую был способен:
— Как ты мог так поступить с ним? Он порядочный омега и очень долго жил один. Боги, за долгие годы одиночества, он стал практически девственником! Ты, что, не понял, кто перед тобой? Почему ты поступил с ним так жестоко? Он же не такой, как твои растраханные подстилки! Он практически весь двор залил своей кровью! Ты, что, не понимал, что творишь?
Айюб перевел потрясенный взгляд с Ясмина на доктора, тот нехотя поднял глаза на повелителя и кивнул, поджав губы.
— Внутренних повреждений нет. Это только наружное кольцо, я зашил и вставил тампон с регенерирующей мазью, — доктор сказал почти с мольбой в голосе. — Пожалуйста, не беспокойте его пару дней, пока я не сниму швы.
Похоже, именно мольба в голосе доктора и добила альфу. Почувствовав себя чудовищем, он отшатнулся от Сашши и, ничего не видя перед собой, сделал пару шагов к двери, ведущей во внутренний двор. Потом будто вспомнив что-то, посмотрел на Ясмина.
— Что случилось с растениями в гостиной? Это Сашши их так?
— Сашши за свои растения голову оторвет любому, он только за себя постоять не может, — Дэйчи вздохнул и погладил Сашши по волосам. — Я объяснил Амину, что не дам Сашши в обиду, он не поверил и выместил свою злобу на беззащитных растениях. Сашши будет очень расстроен, когда увидит, как жестоко Амин обошёлся с его клубничкой. Он практически растоптал ее. Но Сашши я не позволю обидеть!
Айюб вышел через закрытую дверь. Азиз, державший в руках горшок с мандариновым деревом, испугано посмотрел на Ясмина через дверной проем, в котором болталась дверь, висящая на выломанной защелке. В гареме Амина послышался вначале громкий крик омеги, который пытался обвинить всех во всем, потом рык альфы, а потом послышался звук пощечины.
Эмир выскочил из дверей с лицом багрового цвета, сжимая кулаки. А в гареме за его спиной раздавались тихие причитания наложников. Как будто стая маленьких собачек, они оплакивали свою судьбу. Глаза Азиза стали квадратными. Он осторожно поставил деревце на пороге комнаты и бросился посмотреть, что случилось. Ему навстречу выскочил слуга Айдана, что-то спросил, и Азиз махнул рукой на комнату со сломанной дверью.
— Господин доктор! — слуга был просто зеленый с красными пятнами на щеках, — господин доктор, пожалуйте к нам!
— Что случилось? — доктор уже бежал, сжимая саквояж в руке.
— Беда! — слуга причитал, размазывая слезы. — Амин набросился на господина с обвинениями, а тот отвесил ему пощечину, но видно не рассчитал силы! Амин отлетел к стенке, ударился об нее и потерял сознание! Беда, вот беда! Господин никогда не поднимал руку на своего супруга, не говоря уж о наложниках! Он даже никогда не гневался на них!
Двое скрылись в дверях, а Дэйчи опять вернулся к Сашши. Он, забравшись к другу на кровать, улегся поверх покрывала и стал ожидать дальнейшего развития событий. Вскоре из дверей выскочил жада. Он вбежал в комнату и внимательно посмотрел на бледного Сашши под покрывалом и на Ясмина, решительно сжимающего губы и готового к драке. Айдан примирительно улыбнулся и запрыгнул на кровать к Сашши с другой стороны.
— Как он? — Айдан потрогал лоб Сашши, а потом поцеловал того в щеку.
— Твой сын чудовище! — Дэйчи был зол на весь мир. — На Сашши живого места нет!
— Ну, подумаешь, мальчик несколько увлекся! — улыбнулся жада. — Он его так долго ждал! Еще ни один омега не заставлял его так нервничать и бегать за собой, как Сашши! Вот его и перемкнуло немного, когда он заполучил себе, наконец, свое дыхание!
— Немного? — Дэйчи удивленно посмотрел на жада. ‒ Ах, ну да, папочка своего сыночка всегда оправдает!
— Причем тут это? — удивился старый интриган. — Себя вспомни. Каким ты был после дня рождения Салаха? В первый день ты не вставал и спал, как сурок, на второй день еле выполз из комнаты. А сел только на третий или на четвертый день? Ты же не жаловался!
Дэйчи только моргал, вспоминая. Он тоже был похож на гепарда, когда пришел в себя после угощения Айдана. Дэйчи покраснел от этих воспоминаний. Да, он не жаловался. Он набросился на Салаха и наслаждался, тогда даже натруженный анус не мешал получать удовольствие. Дэйчи покосился на жада, тот похоже потешался над его смущением.
— Сына просто вызвали среди ночи, — пояснил жада, — вот он и не успел зализать все, как положено. А теперь расстроенный он умчался в пустыню, казнить себя, за то, что оставил своего омежку, когда тому было плохо, и он нуждался в его помощи.
— А что там с Амином? — поинтересовался Ясмин
— Да ничего страшного, — отмахнулся Айдан. — Давно надо было приструнить. Уж больно много воли взял, совсем разошелся! Набросился на господина с обвинениями и претензиями, начал угрожать, вот и получил пощечину! Как он мог забыться настолько, чтобы на глазах у всего гарема кричать на повелителя? Надо было отстегать его по пяткам, как нерадивого работника, чтобы подумал в следующий раз, как повышать голос на повелителя! Ну, ничего, я с ним разберусь еще, попозже, — Айдан мечтательно улыбнулся.
— Так я слышал, что он сознание потерял от удара! А ты говоришь, ничего страшного!
— Да что с ним сделается? Он, скорее, от испуга упал в обморок. Айюб никогда раньше не гневался на гарем. Он решил, что если родил двух наследников, то ему все позволено! Сын и так потакал ему во всем, вот он и разошелся. Он, как супруг, должен был первым поздравить мужа с тем, что тот нашел свое дыхание! А он стал кричать всякие глупости! Нет, сын его мало наказал! Но ничего, я добавлю!
Айдан принюхался и мечтательно добавил:
— Такой замечательный запах у этой пары! Вот ведь не думал, что запах хвои так красиво сочетается с цитрусом! Вот ваш запах с Салахом тоже хорошо сочетается, но этот! Это божественный запах! Так бы нюхал и нюхал!