Олива распорядилась вымыть полы на кухне и вычистить камин, чтобы в очаге, возле которого будет происходить свадьба, не было старой золы. Непрогоревшие угли собрали в жаровню и выставили во двор. На мокрый пол постелили ковер, который пережил сезон штормов на общей кухне, и вскоре приготовились разжечь новый огонь в камине. По обычаю, в такой день это должен был сделать хозяин дома, но Сканд отправился переодеваться, и поэтому очаг стоял холодным.
Тиро, удостоверившись, что готово все, что только успели за такой короткий срок, распорядился открыть ворота дома в знак того, что в доме свадьба и любой может прийти и поздравить молодую семью. На удивление, первыми зашли монахи в красных рясах. Они принесли небольшую медную жаровню, украшенную колокольчиками и коваными завитушками. Они очень церемонно предложили свои услуги для проведения церемонии бракосочетания. Лекс растерянно переглянулся с Тиро, но тут вышел Сканд в парадной военной форме, и недовольно поджал губы. Следом вышел и Тургул, он тоже был в парадной форме и в шлеме с красным плюмажем. Ему не хватало только меча на боку и плаща за спиной, и можно было бы отправляться на парад победителей.
За спиной краснорясных монахов недовольно фыркали монахи в белых рясах. Похоже, между ними была потасовка, кто первым зайдет в дом. По крайней мере, краснорясные осторожно расправляли свои алые одежды, похожие на невозмутимых кришнаитов, и довольно улыбались, слыша возмущенное фырканье за спиной. Лекс решил вмешаться, пока не разгорелась очередная потасовка, заявив, что в этом доме есть свои обычаи, и здесь чтят всех богов, а мать-Саламандру следует почтить большим жилищем, чем маленькая жаровня, и решительно вывернул угольки из медной жаровни в подготовленный камин. Огонь радостно лизнул растопку, и вскоре большие бревна, приготовленные для церемонии, радостно пощелкивали, запуская в воздух запах смолы и тепло.
— Мы готовы провести церемонию… — монахи в белых балахонах расправили плечи и вышли вперед, — осталось собрать только десять свидетелей.
— Сейчас придут гости, они и станут свидетелями на этой свадьбе, — пожал плечами Сканд, поскрипывая кожей доспехов.
Лекс осмотрел мужа с головы до новых сапог, складки его килта, как и у Тургула, торчали острыми углами, как будто картонные. Только голова Сканда была без шлема, но зато с тщательно расчесанными волосами. Лекс поймал укоризненный взгляд Оливы, и только тут вспомнил о растрепанной косичке за спиной и мятой одежде. Ну да, он вчера одевался на пир, а потом и раздевался, и одевался, и валялся, и химичил в изрядно мятой тунике. И среди парадно одетых людей выглядел едва ли не замарашкой. Лекс кивнул головой всем домашним и бросился в спальню. Там его дожидались свежая туника и служанка с щетками. На кровати были разложены драгоценности, и Лекс со стоном согласился, чтобы на него нацепили в очередной раз пару килограмм золота и камней. Его быстро переодели и расчесали, заплетя короткую косичку с цепочками и висюльками. Лекс потряс головой, за спиной что-то зазвенело. Рыжик развеселился подобному, вспомнив, как в праздничную сбрую коня вставляли бубенцы, чтобы все слышали его приближение.
Он прошелся по дому, для начала, чтобы привыкнуть к новым сандалиям и расправить складки туники и палантин на плече так, чтобы не дергаться, если он начнет сползать. И потом, хотелось хоть мгновенье побыть в тишине и покое. Ночь была тяжелой, и от мыслей, казалось, голова просто треснет, как перезревшая дыня. Атриум стоял пустой и тихий, и не скажешь, что полчаса тому назад здесь договаривались столь о многом. Световое окно на потолке сияло ясным светом, и Лекс прикинул, как на нем будет смотреться стеклянный мозаичный купол…
Должно было получиться красиво… Лекс тяжело вздохнул, это все мечты и планы, но сейчас главное было — разобраться с колдунами, а у него, как назло, в голове ни одной мысли, как это сделать. Лекс дошел до главного входа в дом, там и вправду над раскрытой дверью был затертый герб и какая-то надпись, которую стесали камнерезы, оставив углубление и неясные разводы. Интересно, он замечал это раньше и просто не давал себе отчета, или разговор в комнате Киреля с горящей жаровней не был бредом? Прагматичный ум отталкивал любой намек на мистику и божественное вмешательство, но вся эта ситуация с точки зрения логики и здравого смысла была абсолютно абсурдной.
Лекс тряхнул головой и в очередной раз хмыкнул, услышав перезвон золота за спиной. С проблемами надо разбираться по мере их появления, а о богах и их планах можно будет подумать позже, когда угроза смены правящей династии останется позади. Сейчас главное — не допустить бунта аристократов и выдворить колдунов обратно из империи, и при этом желательно, чтобы они зареклись прилетать сюда впредь. Лекс поправил браслеты на руках и задумался, чем бы поразить обманщиков и при этом не попасться самому…
Во дворе послышался гомон голосов. Через открытые ворота заходили крупные мужчины, и хотя они все были в туниках, но судя по выправке и крупным габаритам, они все были военными. Лекс посмотрел на них, а потом решительно отправился вглубь дома, прямиком в теплую комнату. Все же, свадьба у людей, стоит порадовать их хоть немного в преддверии предстоящих событий. А для этого стоило использовать немного заготовленных «чудес». Подхватил пару «хвостов саламандры» и еще немного хлорных солей, чтобы окрасить пламя в разные цвета. Пусть люди порадуются…
— Я тебя нашел! — в спину ударился маленький снаряд и обнял ручками, — не хочу играть с другими детьми, хочу с тобой! — Ламиль доверчиво прижимался и заглядывал в глаза, ожидая реакции Лекса, — а что ты делаешь?
— Вот думаю, что подарить на свадьбу друзьям, — Лекс закрыл сундуки и на всякий случай задвинул неприметные защелки на крышках, чтобы любопытный ребенок не влез, куда не надо, — но я думаю, что стоит подарить какие-нибудь красивые браслеты. Поможешь мне выбрать?
Лекс подхватил ребенка на руки и, сделав в палантине петлю, завернул туда свои сюрпризы, а потом отправился в спальню. Открыв сундук, выхватил две пары крупных браслетов и ожерелье для Ма, и сразу отправился во двор, где уже собирались гости. Ламиль нацепил браслеты на руки и вцепился в ожерелье, прикладывая его то к груди, то ко лбу. Во дворе гости окружили виновников торжества и, похоже, дарили подарки. Он как раз услышал конец фразы.
— Глупо дарить бронзовый меч, когда скоро появятся «настоящие мечи», — крупный мужчина крутил в руках ножны и рукоять, — размер обычный, под гладиус, когда новая гильдия начнет работу, сделаю тебе меч для этих ножен.
— Лекс! — Тургул улыбнулся рыжику и ребенку, — а Бэл уже переживал, куда ты делся!
— А мы подарки выбирали, — Лекс продемонстрировал Ламиля с ожерельем в волосах и браслетами на плечах, — правда, красиво? Ма, держи подарочек…
Лекс передал ребенка на руки женщине и осмотрел гостей. Крупный мужчина с ножнами оказался сыном Ориса. Одним из четверых мастеров, которые были в поместье Сканда при изготовлении новой стали. Лекс сделал вид, что не узнал парня, хотя тот явно хотел поговорить с ним. Во двор заходили новые люди, парами и группами. На удивление, несколько мужчин пришли с женщинами и, судя по тому как уверенно они держались, это были их жены. Все гости вначале подходили к новобрачным, говорили поздравления и дарили подарки. Подарки были самые разнообразные: одежда, обувь, оружие и даже какая-то кухонная утварь.
А потом гости разбредались по двору, разговаривая друг с другом. Лекс покрутил головой, выискивая Сканда, и вскоре нашел его разговаривающим с Тиро. Рядом стояли монахи, и «красные» и «белые», и прислушивались к разговору, казалось, что все чего-то ждали. Лекс пожал плечами и отправился к мужу, надо, пожалуй, начинать церемонию. Людей и так набилось, как в метро в час пик. Но не успел рыжик дойти до генерала, как в распахнутых воротах появился паланкин с наследником и Гаури. Пушан выбрался из паланкина и подал руку цветочку, чтобы он не запутался в складках праздничной тоги.
— Мы решили до Ипподрома пожелать молодой семье счастья и благословения богов! — мелодично произнес Пушан и взмахнул рукой. Из-за его спины появился раб с объемным тюком подарка, — а это пара безделушек новой семье на память об этом дне.
Все люди сразу пришли в движение, перед наследником все расступились, пропуская его к виновникам торжества. Тургул раздулся от гордости, Бэл смущенно покраснел, а Ма вцепилась в Ламиля, как в спасательный круг, старательно не смотря на улыбающегося Гаури. Лекс ее понимал, как никто… он помнил, как сам едва мог смотреть на Цветочка после того, как тот снял кнутом кожу с его спины…
— Будешь свидетелем на свадьбе? — Сканд хлопнул брата по спине и, дождавшись кивка, взмахнул рукой, — ну, тогда давайте пройдем на кухню. Там уже все готово!
Монахи в белых рясах скользнули на кухню первыми и, развернувшись, замерли у очага. Лекс перехватил Ламиля у Ма, улыбнулся ей, пытаясь придать уверенности, и отправился следом за женщиной. Бэл, похоже, понял тревогу своей будущей жены и, перехватив ее за руку, осторожно сжал. Вскоре у камина собралась небольшая толпа: монахи, Бэл с Ма, Тургул со свернутой шкурой, Сканд с Пушаном и Гаури, Тиро, сжимающий в руке лепешку для церемонии, Олива и еще несколько военных, которых Лекс помнил еще со времен подготовки защиты старого города.
Лекс нашел взглядом лежащего у стены воина и Мая, и те взглядом показали ему, что ничего необычного не заметили. Лекса боднул Аши и заинтересованно прижался к ногам. Детёныш вымахал размером с крупную собаку и зубки у него ощутимо подросли. Он уже не выглядел беспомощным малышом, а скорее сторожевой собакой, по ошибке попавшей в дом. Гаури, увидев детеныша у ног Лекса, недовольно поджал губы и отвернулся, его вообще намного больше интересовали цифры на стенах, а потом Цветочек заметил надпись и было видно, что он ее смог прочесть. На лице блондина промелькнуло множество эмоций: растерянность, удивление, понимание и… злость…
Лекс даже растерялся от такой гаммы чувств, а потом Гаури раздул крылья аристократического носа и с торжеством уставился на Лекса. Тот постарался выразить лицом непонимание и вопрос, но Гаури прикинул что-то в уме и сделал вид что ничего не произошло. Лекс тоже сделал вид, что ничего не заметил, и потрепал Аши по лобастой голове. Однако, очень интересная ситуация… Гаури и колдуны? Да ну, бред же… он же муж наследника, зачем ему смена власти?
Монахи начали церемонию с короткой молитвы. Тургул расстелил шкуру, ту самую шкуру, под которой спало все семейство во время штормов, а до этого Тургул расстилал её во дворе перед Лексом, делая предложение в самом начале знакомства. На нее бережно наступили Бэл и Ма. Монахи продолжили молитву, Тиро передал лепешку. Лекс придвинулся к камину, готовясь высыпать на огонь припасенный сюрприз. Сканд вдруг оказался рядом и приобнял за плечи.
— Похоже, Гаури среагировал на надпись… — губы мужа скользнули по скуле, — ты думаешь, он…?
— Ты тоже заметил? — Лекс улыбнулся, — надо присмотреть за ним на ипподроме, он там будет иметь возможность сказать все Рийю. И тогда будет понятно, что он с ними, а возможно, он просто знает их письменность. Он ведь и раньше говорил, что знает цифры колдунов. Только вот тот человек, который якобы был забит камнями и утоплен в его городе, этой письменности не знал. Я это точно знаю. Он если бы и стал писать буквы, то совершенно другие, поэтому интересно, откуда, а вернее, от кого Гаури узнал письменность колдунов?
— Кирель будет в восторге, — Сканд усмехнулся, — его молодой любовник — шпион колдунов!
— Это еще не доказано, — Лекс вернул легкий поцелуй в щеку мужу, — пока мы видели только мимику на лице, он всегда сможет отбрехаться, заявив, что мы все выдумали, чтобы отомстить за былые обиды. Надо подождать, чтобы он проявил себя более явно. Пусть сообщит Рийю о надписи. Сам или через своих людей. Может, мы просто пытаемся увидеть то, что хотим. Чтобы выступить с такими обвинениями, надо получить доказательства.
— Хм… — Сканд задумался, — я найду людей, которые проследят и за Гаури и за его людьми. Но если доказательства найдутся, я сдам его на тайный суд Киреля.