Поднявшись обратно по ступенькам, он захлопнул за собой дверь.
— Мы больше сюда не придём Сереж. Это был последний раз!
***
Воспоминания не всегда приносили радость – эти точно. Да и проблемы никуда не девались. Я уже хотел уходить отсюда и идти искать столовую, как один из местных меня окликнул:
— Я вас что-то не припомню.
Обратив внимание на окликнувшего меня, я увидел священника. Да, вполне похожим, как полагается: с бородой, в рясе и взглядом будто всё знает.
— Извините. Да, мы тут… нас день назад на улице подобрали. Мы чуть не замёрзли. Я просто столовую искал…
— А-а-а-а, слышал о таких. Мужчина, женщина и ребёнок вроде с вами, да?
— Именно так.
— Что ж, я вам сочувствую.
— В смысле?
— Вы чуть не погибли от холода. Это божье чудо, что наши ребята оказались рядом и нашли вас.
— Ну да, есть такое. Мы… в общем, всё сложно. Немного повздорили там… неважно. Я пойду, вы меня извините.
Я уже почти дошёл до двери, как священник снова заговорил.
— Отец Кирилл.
— Что? — держась за ручку двери переспросил я.
— Звать меня – отец Кирилл. Вы явно не последний раз сюда заглядываете. Я ведь вижу по глазам, вас что-то тревожит. Может, всё-таки хотите исповедаться? Кто знает, сколько мы сможем прожить в таких условиях и что приготовил для нас господь на завтра.
— Вам не говорили, что вы странный? И при чём тут вообще господь? Это стихийное бедствие…
— Которым управляет всевышний…
— А ссорами тоже он управляет?! – вспылил я.
— Всему есть объяснение. Вижу, вы пока не готовы. Приходите вечером на службу. Помолитесь вместе со всеми.
— Спасибо, но я, наверное…
— У вас больная дочь. Верно?
— Что?
— Девочка. Мне сказали у неё температура высокая и что она кашляет. Знаете, у нас нету лекарств и по всей округе вряд ли сможем найти. Единственное, что может ей помочь – это вера, а также ежедневные молитвы.
— Не думаю, что это поможет.
— Тогда её придётся закрыть на карантин.
— Какой ещё такой карантин?!
Я примерно понял, о чём пойдёт речь. Где-то в глубине души догадывался, но не хотел воспринимать это за правду.
— Всех, кто болеет, мы помещаем в карантин. Там, в подвале у нас оборудована зона, для тех, кто болеет. Ваша дочь несёт угрозу, и если не принять меры, то она может всех нас заразить. А мы тоже хотим жить, знаете ли. Но, пока об этом не думайте. Ступайте. Придёт время, и мы с вами поговорим.