Мистер Энканто, не снимая цепочки, открыл дверь.
— Здравствуйте, — сказал он тихо и очень ровно.
Конечно, это была она. Она еще и волновалась. Судорожно поправила прическу. Чуть нервно улыбнулась.
От нее пахло мылом и духами.
— Здравствуйте, мистер Энканто.
— В чем дело?
Она опять улыбнулась. Искоса, чуть жеманно заглянула ему в глаза, пытаясь оценить, как он относится к ее вторжению. Конечное, не поняла. Дура. Похотливая дура без тени души.
— Сегодня, — сказала она застенчиво и оттого чуть ли не игриво, — приходил слесарь, он заменил замки на почтовых ящиках. Я хотела дать вам новый ключ.
И она действительно протянула ему в узкую щель полуоткрытой двери ладонь, на которой лежал маленький ключик.
Мистер Энканто осторожно, аккуратно, двумя пальцами снял ключик с ладони. Ладонь была шершавой, жесткой и влажной. Отвратительной.
— Благодарю вас, — сказал он тихо. Хотел было закрыть дверь, но хозяйка снова поправила прическу и торопливо сказала:
— Мистер Энканто, я знаю, чем вы занимаетесь.
Ему сделалось худо.
— Чем же? — произнес он уже совсем тихо.
— Вы вечно сидите за компьютером и печатаете. Как ни прохожу по коридору — тишина и только клавиатура пощелкивает.
— У вас прекрасный слух, — ровно сказал он.
— Не сердитесь, но это действительно так, и… я же не нарочно. А потом я обратила внимание, что к вам постоянно приходят пакеты от издателей из Нью-Йорка. Вы ведь писатель, правда?
— В определенной степени, — ровно сказал он, стараясь унять дыхание, сбившееся от ее идиотского вступления.
Она помялась. И решительно сказала — с таким видом, словно начала раздеваться для него прямо тут, перед его дверью.
— Видите ли, я тоже пишу.
— Надо же, какое совпадение, — проговорил он, чтобы хоть что-то сказать.
— Нет, правда!
— Сейчас вам не нужно писать? — спросил он.
Она смешалась. Улыбнулась как-то беззащитно, снова поправила прическу. На щеках ее проступили неприятные пятна. Намек был слишком ясен.
Но и сдаваться она не хотела. «Надо же, как ей невмоготу», — гадливо подумал мистер Энканто, когда она, отступив на шажок, снова шагнула к нему почти вплотную — насколько позволяла полуприкрытая, оставшаяся на цепочке дверь, — и сказала:
— Я, конечно, не хочу показаться навязчивой, но вы не были бы против, если бы я… принесла вам посмотреть что-нибудь из своего?
Он помолчал. «Как некстати, — подумал он. — Хотя… все равно скоро уже пора будет убираться из этих краев. Нельзя долго сидеть на одном месте. А ссориться с хозяйкой нет никакого резона».
Он постарался улыбнуться.
— Конечно, — сказал он. И тут же добавил: — До свидания.
И закрыл дверь.