Ужасно-прекрасные лица: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда я подхожу к двери, мне лишь приходят на память ужасные истории о подающих надежды айдолах, которые отдали свои души машине K-поп только для того, чтобы наглые агентства их обманули, заставили работать на износ или поймали в ловушку многолетних "рабских контрактов", не оставив им ничего, кроме разрушенных надежд и гор долгов.

После принятия онлайн-заявки я получила электронное письмо с инструкциями по очному прослушиванию. В нём была ссылка на танцевальную программу, которую я должна была выучить и исполнить перед жюри.

Видео, которое я отправила вместе со своей заявкой, почти полностью состояло из моего вокала, что у меня получается лучше всего. Хотя я и проводила кучу дополнительного времени на танцевальных репетициях, я всё равно была самым слабым танцором в группе. У меня нет природного таланта Кэнди или балетной подготовки Мины, и последние 2 недели я только и делала, что репетировала, пока хореография не въелась мне в мышцы и тыльную сторону век. Едва я прекращала репетировать и выключала музыку, как в голове возникали всех самые отвратительные комментарии, которые я когда-либо читала о себе.

Я не сказала маме, что меня пригласили на кастинг; она бы разозлилась по полной и наняла команду инструкторов и консультантов, чтобы привести меня в форму, или, что ещё хуже, сама связалась бы с проектом и потребовала, чтобы они гарантированно меня туда взяли. Мама не была продюсером "Сладкой каденции", но она была невероятно заинтересована в том, чтобы я там участвовала, и неоднократно заверяла меня, что знакома там со всеми. Я никогда прямо не спрашивала маму, повлияла ли она на процесс кастинга на "Сладкую каденцию", но этот вопрос долго не давал мне покоя.

На этот раз я докажу, что всё могу делать сама.

Но моя решимость рушится, едва я подхожу к двери здания, где будет проходить кастинг, и ловлю взглядом своё отражение в стекле. Длинная свободная футболка и лосины, которые не стесняют движений и максимально выпячивают набранный вес, вьющиеся волосы, уже выбивающиеся из пучка на затылке — мои черты и близко не похожи на нереальное отфотошопленное совершенство, ожидаемое от азиатских поп-айдолов. Просто ещё одно отчаянное лицо в океане красоты и таланта.

В последнее время я мало улыбаюсь. Я уже не та сияющая девочка, которую привлекает гламур шоу-бизнеса и внимание, которое приносит слава. Но не могу отрицать, что скучаю по всему этому.

Я скучаю по сцене, свету, фанатам, ритуальным песнопениям за кулисами. Я скучаю по ночным репетициям в студии и ранним утренним сборам на съёмочной площадке. Я скучаю по тому, чтобы быть частью чего-то значимого, чего-то гораздо большего, чем я сама.

Я скучаю по Мине. И скучаю по Кэнди.

Я подхожу и нажимаю номер на домофоне. Дверь с жужжанием открывается.

Оказавшись внутри, я поднимаюсь на лифте на четвёртый этаж, как мне указано в инструкции. Когда двери лифта со звоном открываются, я полностью ожидаю, что меня встретит очередь из 50 потрясающих девушек, ожидающих кастинга.

Но там никого нет. Только один длинный пустой коридор без окон и дверей по обе стороны. От вида серого ковра в мутовках голова начинает кружиться. Лёгкая тошнота подступает к горлу. Что я ела на завтрак? Яичницу? Тосты? Овсянку? Вообще ничего?

Помню это чувство. Холодный укол страха. Лёгкие сжимаются. Страх неудачи, насмешек, разочарования. Внезапно я слышу голос Кэнди, такой ясный, как будто она совсем рядом со мной и что-то шепчет мне на ухо.

"Ты действительно считаешь, что сможешь снова встретиться со мной лицом к лицу? — спрашивает она. — Ты даже по коридору пройти не можешь".

Я делаю глубокий вдох. Кэнди здесь нет. А голос, который я слышу, — моя собственная неуверенность в себе.

Ноги поднимаются, и я иду вперёд. Коридор, кажется, сужается по мере того, как я спускаюсь, и мои шаги ускоряются, пока я практически не бегу, чтобы протиснуться через двойные двери на другом конце.

Яркий свет на мгновение. Комната огромная. Окна от пола до потолка на одной стене, зеркала в полный рост и балетный станок вдоль другой. В центре студии четыре женщины сидят бок о бок за складным столиком. Я закрываю за собой двери, и когда поворачиваюсь, все четверо смотрят на меня.

"Вперёд! — говорит голос Кэнди. — Докажи мне, что ещё способна стоять со мной плечом к плечу".

На моем лице появляется сценическая улыбка. Я подхожу к столу.

— Здравствуйте, я Санди Ли, пришла на кастинг на проект SKN.

Я ничего не могу с собой поделать, как только я открываю рот, голос инстинктивно повышается. Как и всегда.

Члены жюри одеты в одинаковые простые наряды: белые блузки, чёрные брюки. Единственные пятна цвета — губная помада различных оттенков. Все четыре женщины — азиатки с длинными чёрными волосами и гладкой кожей без пор. Они похожи на тех нестареющих актрис, которые в одном сериале играют подростков, а в другом — замужних матерей с тремя детьми. Рядом со столом на штативе установлена фотокамера.

— Санди, — одна из женщин встает, отодвигая стул. — Рады тебя видеть.

Она обходит стол и легко обнимает меня. Мне требуется ещё секунда, чтобы наконец узнать её.

— О, мисс Тао! — ахаю я. — Так рада вас видеть!

Вивиан Тао была кастинг-менеджером Кэнди, с которой мы с Миной в конце концов подписали контракт. Она взяла нас под своё крыло, не сюсюкалась, когда руководители разговаривали с нами свысока, и давала нам высказывать своё мнение, когда продюсеры говорили нам, как мы должны себя вести. После того, как всё развалилось, мама уволила всю мою "команду", включая мисс Тао, и я не видела и не слышала о ней с тех пор, как мы уехали из Лос-Анджелеса. Я всегда предполагала, что будет трудно снова встретиться с кем-то из того периода жизни, но на самом деле это облегчение — увидеть знакомое лицо. Ну, в чём-то знакомое. Мисс Тао выглядит моложе, чем 2 года назад. Надо будет спросить номер телефона её пластического хирурга; мама как раз ищет нового врача.

— Позволь мне взглянуть на тебя, — говорит мисс Тао, кладя руки мне на плечи. — Тебе сейчас 18, верно?

— Мне через месяц исполнится 19.

— Ты хорошо выглядишь, — она делает шаг назад и оценивающе оглядывает меня, склонив голову влево. — Немного набрала в бёдрах, но ничего такого, что нельзя было бы исправить.

Её улыбка такая доброжелательная, что скрытой пощёчины почти не чувствуется. Почти. Мисс Тао поворачивается и снова садится за стол. Все взгляды снова устремляются на меня.