Сингулярность Смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глитч вспомнил, как Зоя смотрела на него, когда они были вместе. Как она верила в него. Как она верила в их будущность. Но теперь её не было. Она ушла, как и его вера в светлое будущее. И то, что осталось, было только пустотой, которая заполнила его изнутри. Он снова закрыл глаза. В этом мире не было справедливости, не было пути к свету. Всё, что было, — это война и смерть. И он стал частью этого. Просто ещё одним солдатом, который умирает или убивает. Больше ничего.

Лина не могла понять, почему он изменился. Она не могла понять, как можно утратить всё, что было ему дорогим. Но она видела это в его глазах. В её глазах он видел только одно: беспокойство. Она переживала за него, хотела, чтобы он вернулся. Но он знал, что это невозможно. Он не был тем, кем был раньше.

Он шагнул вперёд. Снова на его пути была война. Снова кровь, снова смерть. Снова он.

И всё, что осталось в его душе, — это пустота, которую ничто не могло заполнить. Он шёл, идущий по пути, который вел только в тень. Тень, которую он сам создал.

Что он потерял?

И этот вопрос терзал его снова и снова, как нескончаемая боль.

Глитч стоял на обломках разрушенного здания, его взгляд был устремлён в пустоту. Ветер, разгоняющий пыль и остатки разрушенных конструкций, заставлял его чувствовать себя чуждым в этом мире. Мир, в котором он больше не мог найти места для себя. Мозг продолжал бурлить, но мыслей, которые когда-то давали ему направление, уже не было.

Он вспомнил Зою. Но не как её любовь, а как то, что она символизировала — свет в его жизни, который потух, когда её убили. Он вспомнил, как в их отношениях было место для всего: для радости, для смеха, для надежды, для борьбы. Тогда он знал, ради чего живёт. Но теперь… теперь не было ничего. Он задал себе вопрос, который мучил его последние недели, месяцы.

Что я потерял?

Его пальцы сжали автомат, но этот вопрос не покидал его. Он потерял Зою. Он потерял веру в людей. Он потерял надежду на светлое будущее. И с каждым днём его взгляд становился всё более пустым. Он не мог понять, где он был, кто он теперь, что осталось от него, кроме этого мира, где каждый шаг был пропитан смертью и насилием.

Он вглядывался в горизонты, и единственное, что он видел — это тёмная, бескрайняя пустота. И так было во всём. В мире. В его жизни. В его душе. Эта пустота наполнила его так сильно, что он сам не знал, кто он теперь. Он сжал зубы. Это был вопрос, который не давал ему покоя.

— Что я потерял? — произнёс он вслух, хотя знал, что не получит ответа.

Этот вопрос всегда был с ним, как невидимая тень, которая следовала за ним. Он пытался забыть, попытаться залечить свои раны, но всё было тщетно. Война забрала не только Зою, но и что-то большее. Она забрала его человечность. Он чувствовал это в каждом своем движении, в каждом взгляде, в каждом дыхании. Он стал частью этой системы, частью этой безжалостной машины, которая молотит в однообразном ритме, не давая ничего, кроме разрушений.

Зоя, Зоя была его светом. И теперь его свет был поглощён тьмой. Он и сам не мог понять, когда это произошло. Когда он перестал быть человеком. Когда вся его борьба превратилась в просто цепочку убийств, когда он стал не человеком с идеалами, а просто убийцей. Бессмысленным и беспощадным. Он вспомнил, как в последний раз он держал её руку. Как она верила в него. Как она говорила, что они победят.

А теперь он был один. И Зоя была мертва.

Что я потерял?

Его глаза встретились с Линой. Она стояла в нескольких шагах от него, и он заметил, как она пыталась понять его, читала его каждый жест, каждое слово. Но она не могла понять. Она не знала, каково это — терять всё, что когда-то имел. Она не знала, что такое падение в бездну, когда всё, что тебе осталось — это холодная, беспристрастная месть. Она была рядом с ним, но она не могла видеть, что он утратил. Он сам не мог точно сказать, что это было, но это ощущение было настолько сильным, что оно сжигало его изнутри.

— Ты спрашиваешь себя, что ты потерял, Глитч? — спросила Лина осторожно. — Ты не знаешь ответа, но ты не должен быть этим. Ты не можешь быть этим.

Он покачал головой, не отрывая взгляда от горизонта. Он не мог ответить ей. Она не понимала. Она не могла понять, что происходит внутри него. Она не видела, как он потерял своё «я», как исчезло то, что заставляло его двигаться, бороться, жить. Как он стал машиной, оружием, не более.

— Я не знаю, Лина, — сказал он. — Я не знаю, что я потерял. Я не знаю, кто я теперь.

Она сделала шаг вперёд, её лицо было искажено беспокойством. Она не могла принять его ответы, не могла понять, почему он стал таким, почему он больше не был тем человеком, с которым она когда-то боролась. Она хотела верить, что всё ещё есть шанс, что он может вернуть себя. Но как вернуть то, что было уничтожено? Как вернуть того, кто уже мёртв внутри?

Всё, что он потерял, осталось в прошлом, и это было нечто большее, чем его любовь. Это был он. И теперь он был просто тенью своего прошлого. Глитч снова закрыл глаза, пытаясь не думать об этом. Но мысли продолжали терзать его, как тёмные демоны, требующие ответа.

Что я потерял?

Он снова пошёл вперёд. Он двигался по этому разрушенному миру, полном смерти и разрушений, как тень, как нечто, что не имеет права на свет. Он больше не был человеком. Он был лишь машиной, выполняющей свою программу. И всё, что ему оставалось, — это война и месть. Но и это не могло дать ему ответ на главный вопрос.

Он был потерян. В этом мире. В своей душе. В своём прошлом. В своей жизни. И это было худшим из всего.

Что я потерял?

Вопрос эхом отражался в его разуме, но ответа не было.

Глитч стоял посреди разрушенного города, глядя в пустоту. Он не знал, сколько времени прошло, но ощущение времени больше не имело значения. Всё, что он знал, — это этот мир, разрушенный войной, кровь и смерть, что стали его неотъемлемой частью. Он пытался заглушить боль, которая сжигала его изнутри. Но вдруг — смешок.

Сначала тихий, едва слышный, как что-то малое и бессмысленное, что прорывается из тени. Затем смех стал громче, его лицо перекосилось, и он, не сдержавшись, начал смеяться вслух. Это было странно, как будто смех был последней линией обороны от сумасшествия. Смех — последний акт человеческого сопротивления. Но в его глазах не было веселья. Это был смех безумия, смех от того, что он уже не мог различить, где заканчивается человек и начинается чудовище.

Его личность раздвоилась. Он уже не знал, кто он. Тот Глитч, что когда-то был человеком, был где-то в прошлом, похороненный под пеплом разрушений и горечи потерь. В его душе родилась новая сущность. Она не была связана с моралью или переживаниями. Она была безжалостной, бессердечной. Она не помнила Зою, не помнила того света, что когда-то существовал. Она была… просто машиной мести. Чистая энергия разрушения.