Сингулярность Смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глитч сидел в темном помещении, перед ним стоял экран, тускло освещающий его лицо. Он был поглощён мыслями о Зое, о её смерти и о том, что с ним стало. Все вокруг было мрачно. Он знал, что справедливости в этом мире не будет. Никогда. Все эти поиски правды, следы, улики — всё это было тщетным. Убийца мог скрыться в любой момент, а мир, который они пытались построить, поглотит всё. Поглотит всех.

Справедливости не существует. Это истина, которую он осознал, посмотрев на мир. Это не был мир для людей, для тех, кто искал правду. Здесь только сила, только те, кто имеет власть и может безнаказанно уничтожать. Убить Зою — и остаться безнаказанным. Кто будет искать? Кто сможет остановить? Никто.

Зоя ушла, и с её смертью мир стал ещё более грязным, ещё более мёртвым. Она была тем, что удерживало его в этом мире, тем, кто заставлял его надеяться. Но её больше нет. Она не вернётся. И те, кто её убил, будут живы, будут продолжать скрываться за ложью, за миром, где не существует справедливости. Справедливости не будет. И если её не существует, то месть — это всё, что остаётся.

Глитч выдохнул, на экране его глаз появлялись всё новые и новые данные. Он искал, искал без усталости, почти как одержимый. Он не знал, как долго это будет продолжаться, но знал, что не может позволить одному из этих людей сбежать. Эти люди, те, кто был с ней. Эти люди, которые были её товарищами. Но они предали её. Они заслужили только одно — смерть.

Он встал, не глядя больше на экран. Его лицо было каменным, его глаза — пустыми, но в них горел огонь. Он знал, что это не будет просто. Он знал, что никто не переживёт этого. Но он не мог позволить себе сомневаться.

Глитч шел по коридорам базы, его шаги были быстрыми, уверенными, почти механическими. Он не думал о том, что делал. Он не думал о том, что будет после. Он не думал, что останется от его души, когда он закончит. В его голове был только один вопрос: кто из этих людей предал Зою? И он знал: если он убьёт их всех — предателя не будет, никто не сбежит. В мире, где не было справедливости, только смерть могла дать ему хоть какое-то утешение.

Он вошёл в помещение, где скрывался бывший отряд Зои. Они сидели за столом, разговаривали, когда заметили его. Глитч не дал им времени на реакцию. Он вытащил оружие, прицелился и выстрелил.

Тело одного из людей упало, и кровь залила пол. Остальные были в шоке, но они сразу поняли, что это был конец. Глитч не оставил им шансов. Он знал, что, если дать им время, они сбегут, и его усилия будут напрасны. Эти люди должны умереть, и неважно, кто они — друзья, соратники или просто враги. Для него они стали частью системы, частью того, что поглотило Зою. И теперь они должны были заплатить.

Он не чувствовал ничего, когда убивал их одного за другим. Его пальцы на оружии были ровными и точными. Он знал, что они все виновны. Они все предали. Они все скрыли правду. Они все были частью этого мира, который лишил его всего. Он их убивал — и больше не думал о том, что будет после.

Когда последний из них упал на пол, Глитч остановился. Тело его дрожало, и он почувствовал холод внутри, который не мог объяснить. Это было не облегчение, не удовлетворение. Он не мог понять, что это было. Но в глубине души он знал, что это был его выбор. И что больше не будет никакого пути назад. Теперь он был только тем, кто мстил. И всё, что осталось — это месть.

Он стоял среди убитых, его взгляд был холоден, его дыхание тяжёлым. Он смотрел на кровь, на тела, на всё, что было сделано. Месть не вернула Зою. Она не вернула тех, кого он потерял. Она не вернула ничего.

Он почувствовал, как его разум теряет последние ориентиры. Он убил их, но ничего не изменилось. В мире, где не было справедливости, он не мог победить. Он мог только уничтожать. И он начал понимать, что может уничтожать бесконечно, но это не принесёт ему мира.

Местью он ничего не исправит. Но это было всё, что он мог сделать.

Не было никого, кто мог бы его остановить

Глитч стоял среди мертвых тел, оглядываясь вокруг, не чувствуя ни облегчения, ни радости. Он слышал свой дыхание — оно было громким, резким, как в состоянии прострации. В голове гудели мысли, но они не имели смысла. Он знал, что убил их всех — всех, кто мог бы быть хоть как-то связан с предательством, с теми, кто скрывал правду. Но его сознание было пустым, будто не осталось ничего, кроме боли, которая все больше поглощала его.

Время замедлилось. Он почувствовал, как его руки начинают трястись, и это заставило его остановиться. Он опустил оружие, давая себе мгновение, чтобы понять, что происходит. Что он чувствует. Но ответ был неизбежным: ничего. Ни радости, ни утешения. Он не чувствовал себя победителем. Он не чувствовал себя даже свободным. Он был пустым.

"Ты ничего не изменил", — прошептал он себе в голове. "Справедливости нет. Ты всё равно ничего не вернешь. Это было всё, что осталось."

Его шаги начали выводить его из комнаты, пока он не оказался на улице, на открытом воздухе. Боль от уничтоженной жизни продолжала терзать его. Не в том смысле, что он жалел о своих действиях, но в том, что эти действия не привели к чему-то. Они не вернули Зою, не вернули жизни, которые он когда-то знал. Он пошёл в пустоту, чувствуя, как его разум постепенно теряет связь с реальностью.

Он остановился, глядя на небо, будто ожидая, что из этой пустоты, этого бездушного мира выйдет ответ. Но небо было таким же холодным, как и он сам. Никакого ответа не последовало. Он снова был один, среди всего, что было разрушено. И даже месть, которую он вёл с таким остервенением, не давала ему удовлетворения.

Когда он вернулся в лагерь, его взгляд уже не был таким же. Он больше не мог смотреть людям в глаза. Он был тем, кто убивает, кто мстит. Но он осознал, что это не даёт ему ничего. Нет удовлетворения, нет счастья. Он просто убивал. Как всегда, в этом мире, полном боли и лжи.

Лина подошла к нему, но Глитч почувствовал, что её присутствие его не успокаивает. Она была не Зоей. И, возможно, она была другой. Но он не мог позволить себе привязаться к ней. Потому что это было бы слабостью. А он не мог позволить себе быть слабым в этом мире, где каждый следующий шаг был мучением.

Он повернулся к ней, но его глаза были холодными, пустыми. Он не мог смотреть в глаза тем, кто ещё был рядом. Он видел в них только возможную смерть, так же, как и в каждом, кого когда-либо любил. Он поднял руку, слегка пожав плечами, и шагнул в темноту.

"Справедливости нет. Есть только бой. И если в этом мире есть что-то, что я должен делать, так это убивать. Но не ради того, чтобы вернуться к прошлому. Я буду убивать, чтобы выжить. Чтобы не стать таким же, как они. Чтобы не стать частью системы, которая нас всех убивает."

И эти слова стали его новым кредо. С каждым шагом, с каждым действием он всё дальше уходил от того, кем был раньше. Больше не было места для эмоций, для любви или даже для жалости. Только месть. Только боль. И только бесконечный цикл насилия.

Он слышал, как в темноте, в пустоте лагеря, Лина спрашивает:

— Ты всё ещё здесь?

Он не ответил. Просто ушёл в ночь.

Глитч проснулся с тяжёлой головой, всё ещё ощущая в теле последнюю боль от ночных кошмаров, которые не отпускали его. Казалось, он застрял в этом бесконечном круге — страха, ненависти и, прежде всего, мести. Он знал, что так не может продолжаться. Но сейчас, в этом моменте, он был просто частью этой машины — невидимой, бесчеловечной и безжалостной.

Сегодня его снова вызвали. Всё это время, как ни странно, он надеялся, что его оставят в покое. Пусть себе раскаиваются. Пусть сами разбираются со всем этим хаосом. Но нет. Ключевая фигура — Глитч — был необходим. Он был тем, кто может заглянуть в самые тёмные уголки этого мира и вывести их наружу.

Когда Глитч подошёл к штабу, где его уже ждал отряд, его взгляд оказался застигнут Линой. Она стояла рядом с командиром, её взгляд был холоден, почти чужд. Он понял, что она не будет с ним по-прежнему прежней. И он, в свою очередь, не был прежним для неё.