Он застонал и, приподняв мой подбородок, резко впечатал в мои губы свой рот.
– Я же просил тебя помолчать, – быстро отстранившись, он закрыл глаза и уткнулся носом в мою шею. – Что ты со мной делаешь, Юмин?
Я не знала. Не знала, почему не требую, чтобы он немедленно ушёл или хотя бы отстранился. Наверное, у меня и в самом деле поднялась температура, но мне было всё равно.
Ненавязчиво, плечом, я подтолкнула его голову обратно. Наши взгляды снова встретились и больше не могли оторваться друг от друга. Он тяжело дышал, пожирал меня глазами, но ничего не предпринимал.
Тогда я не выдержала и сама потянулась к его губам. Пусть у меня лихорадка или я схожу с ума, но если красивый мужчина лежит на мне и я хочу его поцеловать, почему бы и нет?
Едва мои губы приблизились, Сэйлан мгновенно перехватил инициативу. Его язык тут же проник в мой рот, дразня и разжигая настоящее пламя внутри меня.
Моё тело невольно выгнулось ему навстречу, и у нас обоих одновременно вырвался стон досады на разделявшее нас одеяло.
Не прерывая поцелуй, рука Сэйлана попыталась пробраться к моему телу, но только ещё больше запуталась в шёлковой преграде между нами. Чтобы ему помочь, я сама изо всех сил дёрнула одеяло в сторону… И этим резким движением, похоже, всё испортила.
Сэйлан тут же замер, какое-то время не размыкая наших губ, а затем медленно отстранился. У меня всё внутри горело, мне было мало этого поцелуя, я хотела ещё, но император просто закрыл глаза и глубоко дышал, прислонившись лбом к моему лбу.
Спустя несколько минут, когда мы оба немного остыли, Сэйлан внимательно вгляделся в моё лицо.
– Тебе больше не холодно?
Я запоздало спохватилась, что уже давно перестала изображать судороги. Облизнув губы, всё ещё под впечатлением от поцелуя, я не стала больше притворяться.
– Наверное, лекарство наконец подействовало, – проворчала, понимая что придётся искать не такой простой способ свидеться с чародеем.
– Хочешь сказать, что это лишь заслуга отвара и я зря тебя тут согревал?
Сэйлан выглядел обиженным, и это было так забавно, что я вдруг рассмеялась.
– Это тынадо мнойсмеёшься, наложница?
– Ты просто полежал рядом совсем недолго и даже не разделся, а возмущён как будто всю ночь делил со мной одно одеяло!
Его глаза вспыхнули. Значит… мне всё-таки не приснилось!
Глава 12.
Ничего не ответив, Сэйлан вдруг засуетился и поспешил встать, потому что всё ещё по сути лежал на мне. Избегая моего взгляда, он расправил на себе одежду и отошёл подальше от кровати, к окну.
Я лежала, не шевелясь, и смотрела на его широкую спину, в которую совсем недавно так хотелось впиться коготками… Я уже забыла о чародее, мне было неловко и тревожно от того, что происходило между нами с императором.
Он потерял со мной контроль и явно был этому не рад.
– Ты раньше никогда не называла меня по имени… – вдруг задумчиво произнёс он, вглядываясь куда-то вдаль.
– И что?
Что-то мне подсказывало, что они с Юмин ни разу и не целовались.
– Больше никогда так не делай, – сказал он встревоженно, а я в ответ пожала плечами и отвернулась, пряча непонятно откуда взявшуюся обиду.
На следующий день меня переселили в собственные покои на женской половине дворца, и вместо Но-Люнь выделили двух новых служанок. Лекарь сказал, что меня больше не опасно оставлять одну, но он будет приходить несколько раз в день для осмотра.
Когда он ушёл, я попросила служанку помочь мне надеть платье, однако она испуганно отказалась. Другая объяснила, что поскольку мне необходим постельный режим, господин лекарь приказал им никуда не выпускать меня из этих покоев.
Сказать что мне было скучно валяться в кровати — ничего не сказать. После всех отваров, которыми поил меня лекарь, я и впрямь быстро шла на поправку, поэтому спать весь день больше не хотелось.
Служанки честно пытались развлечь меня свежими дворцовыми сплетнями, но мне это не очень было интересно, поскольку я совершенно не знала тех людей, о которых шла речь. А об императоре они благоразумно не упоминали ни слова.