Женщина тихо застонала, когда он просто выбросил ее за дверь.
— Теперь высокородного, — скомандовал Тор, они вместе подхватили Даймона, выкинули и его за дверь.
А потом Тор жестко ударил Марио по лицу и попытался вытолкнуть его за дверь. По его лбу тек пот от усилий, я, как червяк, попыталась шевелиться чтобы расслабить веревки пока эти двое борются.
Марио зарычал, как зверь, и, уцепившись за Тора, потянул его за собой за дверь. Тор уже перестал толкать Марио, а пытался удержаться на этой стороне щита.
— А мне не нужно золото, — рычал Марио. — Ты обманул меня, Тор! Алли не ждала меня, не ждала!
Потом эти двое тоже пропали за дверью, Тор скоро появился и стал биться о переливающуюся пелену, пытаясь войти внутрь замка, а Марио не обращая внимание на окружавших их тварей нападал на дворецкого, снова и снова, через секунду они пропали из вида.
Я выдохнула и без сил упала на холодный пол. Соберись, Сарита, соберись! Что же делать? Силы так и не появилось, и время утекало как песок в часах.
Я с силой прикусила язык. Если кто-то думает, что это легко, уверяю вас, сделать больно самой себе это сложно. Только то, что там, в лапах тварей Милира и Даймон, совершенно беспомощные, придало мне сил. Кровь быстро заполнила рот, мне нужна кровь, я перевернулась на бок, перевалилась на живот приложившись лбом по пол, а потом стала рисовать языком руну принятия. Бусинка заставила меня выучить ее наизусть так что я ее даже языком нарисовала почти идеально, кровью.
— Я признаю, призываю, отдаю, соглашаюсь, я стихия, я ветер, я едина, — прошептала я немеющими губами слова призыва своего элементаля.
А потом была вспышка боли, такой всепоглощающей, что, казалось, я ослепла. Боль отобрала у меня тело, забрала у меня разум, я могла только ощущать ее, страшную боль.
Я не знаю сколько времени я находилась в таком состоянии, когда вдруг все разом выключилось. И шум ураганного ветра, и звон, и крик, который я же сама и издавала. Я открыла глаза, вернее я попыталась отрыть глаза, но они словно слиплись.
— Ты стихия, нам не нужны глаза, — шепот, который я не спутаю ни с чем.
— У нас получилось?
— А ты сомневалась? Мы уникальны! — Бусинка, как всегда, в своем репертуаре.
— Просто захоти все видеть, как люди, я перекрыла тебе половину возможностей, Сарита, ты еще не готова слышать, как ветер. Нам еще многое предстоит научиться делать.
Я захотела увидеть и вскрикнула. Я парила в воздухе, моего тела не было, ветер собрал из веточек латинок мое тело, но оно неосязаемое
— А что ты хотела? Ты сейчас стихия, привыкай.
Я посмотрела вверх, потолка не было, крышу мы с Бусинкой разломали, но стены стояли и щит, который мерцал за дверью, все защищал замок.
— Дай! Милира! — вскрикнула я. Вернее я думала, что вскрикнула, а ветер вокруг завыл сильнее. — Что мне делать? — я растерялась.
— Все, что подскажет тебе воображение стихиала, — фыркнула Бусинка.
И я полетела, нужно спасти маму и мужа.
На улице творилось побоище. Тварей было не так много, как во время волны на острове Селии, но тоже не мало. Отсутствовал огромный дракон, наверное, и все. Те же меховые летающие обезьяны, летающие комары с ледяными крыльями, откуда-то тут оказались огромные ледяные големы, которые усиленно долбились в закрытые загоны и скелеты, замороженные скелеты, которые очень уж умело бились на мечах. И их прибавлялось, меховые обезьяны ловко скидывали на остров все больше и больше ледяных тварей, которые не могли сами летать и радостно хохотали, вызывая омерзение.
Савор уже давно перешел во вторую ипостась и кружился по кругу опаляя монстров огнем дракона. Айсы прикрывая друг другу спины не давали подойти близко к одному из домиков наших слуг. По испуганным лицам, которые мелькали за окнами, я поняла, что там собрали всех домашних и гостей. Тор не хотел, чтобы оставались свидетели его вероломства.
Я сразу увидела маму, которая, освободившись от веревок, обессиленная, но несломленная прикрывала собой Даймона, удивительно и так непохоже на нее. Даймон, все так же связанный, спал, этак он весь бой проспит, спящий красавец.
Я легко оттянула ветреными жгутами одну из сморщенных тварей от матери, привлекая к себе ее внимание.
— Сарита, — поняла я по шевелению губ Милиры, улыбнулась понимая, что выгляжу сейчас страшно, и кивнула.
А потом я всех спасла. В чем сила стихиала, это уже не маг — это стихия, а у стихии почти нет ограничений, потому что нет тела. Оно сгорает во время слияния. Я его соберу вновь это уже не проблема, ведь стихии живут на другом уровне восприятия. Сложность в том, чтобы мозг принял то, что принимает тело. Я стихия, и я человек одновременно. Я могу летать как ветер и собрать из миллионов миллионов частичек свое тело. В этом нет ничего сложного, и я это сейчас понимала. Скорей всего я перенесла это легче, потому что попаданка, потому что мой разум легче воспринимает информацию.
— Просто я совершенство! — Бусинка, как всегда, все взяла на себя, но я не противлюсь.
Те минуты, когда я думала, что потеряла ее, мне было страшно, что это навсегда. Бус Инкар навсегда моя и я ее, а сейчас мы едины.
— Наконец-то я смогу переходить в любую шкурку, — довольно шептала мне элементаль, — мы сможем.