— Мне нравится, что ты не отчаиваешься, Сарита, и дело себе придумала, — сказал Амир. — Я даже согласен жить тут с тобой, так что выбирай мужем меня.
— Я тоже тут могу жить с Саритой, — тут же возмутился Треш, — я лучший жених.
Братья насупились, посматривая друг на друга. Корнак уже успел получить от подавальщицы бокал с горячительным и флегматично сказал:
— Несмотря на глушь мне тут тоже нравится, и патрулей нет, которые за скорость налогами облагают. Выбирай меня в мужья, Сарита, я вообще к тебе лезть не буду, наследников штук пять родишь и живи как хочешь.
Я чуть не подавилась водой, а Бусинка мстительно заржала у меня в голове.
— Не могу понять, с какой бездны вы трое делите мою невесту? — услышала я, холодный баритон Октаголда и, даже не видя его, поняла: он в ярости.
— Опа, — У Треша, видимо, это любимое восклицание. — Октагольд собственной персоной. Ты с какого острова упал, рыжий?
Глаза Даймона отливали зеленью, словно подсвеченный хрусталь в зеленой листве. Очень красивые глаза у Октагольда.
— Я спрашиваю, почему вы делите мою невесту?
— Невесту? — удивился Амир, — Кроме нашей невесты Сариты Куар тут никого нет, Октагольд, иди проспись.
— Это тебе нужно проспаться, Айс, — скрежетнул металлом голос Даймона. — Сарита Куар — моя невеста.
Я только переводила взгляд с одного на другого и думала, что стоило попасть в другой мир, чтобы ради меня спорили такие вот красавцы. А вообще, откуда Айсы знают Октагольда? Хотя раньше Даймон с родителями жил в столичном круге, это потом их зачем-то сюда потянуло.
Я налюбовалась полукровкой и решила вмешаться, потому что голоса у мужчин стали громче, с одного бока явственно поддувало морозцем, а с другого нещадно жарило горячим воздухом.
— Господа Айсы и господин Октаголд, давайте сядем, и как благоразумные взрослые разумные, просто поговорим, — миролюбиво сказала я.
— Сарита, мы уходим, — Октагольд схватил меня за руку и вытянул как морковку из грядки.
— Она никуда не пойдет, — с другой стороны меня дернул Амир, который сидел ближе всех.
Я удивленно таращилась на сверкающих взглядами мужчин и думала, что спорят-то не из-за меня, скорей всего эти четверо уже давно знакомы, и у них были свои ссоры.
— Ну хватит! — рявкнула я, вырывая руки у обоих мужчин. — Или мы сидим, едим и говорим, или я просто уйду, меряйтесь своими… — я запнулась, — своей силой без меня.
Амир первый сдался, сел и щелкнул пальцами, подзывая к себе подавальщицу. Я думала, Даймон просто уйдет, но он пересилил злость и сел рядом со мной. Я вздрогнула, когда его нога коснулась моей, даже через штаны и сюртук меня согрел жар от его тела.
— Ты привез выживших? — нейтрально спросила я Октагольда.
Он смягчился, выдохнул, будто взял себя в руки, и уже спокойно ответил:
— Да, два острова не пережили волну, по пути пришлось отбиваться, от тварей. Я не могу отпустить тебя одну домой, Сарита, только под моей охраной.
— Это вы сейчас о чем? — не понял Амир.
Мы с Октагольдом переглянулись, и он дал мне возможность рассказать, что тут творится.
— Странно, что вы ничего не знаете, — удивилась я.
— Ну, весна холодная, — медленно пережевывая кашу сказал Амир. — Но ничего про тварей в столичном круге не слышно.
— Ты же говорил, что армия придет? — спросила я Октагольда.
— Они придут, Сарита, но это не значит, что будут поднимать панику в других кругах империи. Витрум всегда был проблемным местом.
— Я не понял, — Треш словно не слушал меня двадцать минут, опять задал вопрос. — У вас тут нападение каких-то монстров, и они убивают людей и громят острова?
— Наконец-то дошло, — Даймон с насмешкой посмотрел на Треша, а я аккуратно положила свою руку на его сжатый кулак, пытаясь успокоить.