Мне хочется зарыдать, когда Илья внезапно высвобождает свою руку, когда я уже готова взорваться, а потом разворачивает меня к себе, и наши взгляды встречаются. В его глазах пламя, которое я так боялась и одновременно желала увидеть. Его руки обхватывают мое лицо, пальцы скользят по скулам. Я чувствую свой запах, свою собственную влагу на его пальцах.
— Посмотри на меня, — говорит он, и я поднимаю взгляд. Всё словно в тумане. Я вижу, как его глаза изучают мое лицо, и вдруг понимаю, что в них нет ничего угрожающего. Только уверенность и желание.
— Я давно хотел это сделать, — шепчет он и наклоняется ближе.
Губы касаются моих, сначала мягко, словно спрашивая разрешения, но когда я, наконец, поддаюсь, он углубляет поцелуй. Он целует меня так, что мир вокруг перестаёт существовать. Глубоко, жадно, так, будто ему нужно дышать мной.
Мои пальцы сами тянутся к нему, обхватывают его плечи, чувствуя, насколько он силен. Я не могу больше думать. Все мои внутренние страхи и сомнения сейчас теряют силу и голос. Глохнут.
Ну и чёрт с ними.
— Ты не представляешь, как сильно я хотел сделать это ещё с того самого вечера, как приехал к вам с отцом… — его слова звучат между поцелуями, прерываются оттого, что он жадно возвращается к моим губам.
Я тону в его касаниях, в его голосе, в его горячем дыхании. Сама льну к его сильному молодому телу.
— Скажи мне, что ты хочешь этого.
Я смотрю на него, и мои губы дрожат от эмоций, но я все же нахожу в себе силы ответить:
— Я.… да.
Этот момент становится точкой невозврата. Илья подхватывает меня под бёдра и усаживает на кухонный стол. Рывком разводит колени прижимаясь пахом к моей промежности и позволяя почувствовать через одежду, насколько сильно он хочет меня.
Его губы жгут мою кожу нетерпеливыми поцелуями, а руки освобождают меня от одежды. Кофта, лифчик, джинсы, трусики… И вот я полностью обнажённая перед ним с раздвинутыми ногами и пульсирующей возбуждением промежностью.
Сама я тоже судорожно стягиваю с него футболку, жадно поглощаю взглядом, когда Илья спускает свои домашние штаны и боксеры. Меня начинает трясти, когда он раскатывает по возбуждённому массивному члену презерватив.
Еще мгновение, и он у входа. Толчок. И я слетаю в пропасть.
22
Он держит мои бедра крепко, и я даже не имею возможности пошевелиться.
Но мне и не нужно. Он все делает сам.
Я же просто принимаю его так глубоко, как только могу.
Ничего не контролирую, и это даже пугает.
Илья — невероятный. Молодой, сильный, крепкий. Сплошной секс.
В каждом движении его, в каждом резком выдохе — секс.
Раньше я не понимала значения этого слова. Номинально — да, но не в полном смысле, как сейчас.
А еще он смотрит. Прямо туда, где соединяются наши тела. Смотрит, как его член погружается в меня до упора и выскальзывает почти полностью.
Его зрачки расширены, дыхание хриплое, рот приоткрыт.
Он трахает меня так вкусно, так с кайфом, что одно лишь это выкручивает тумблер моего возбуждения на полную.
И я в шоке. От себя в шоке.
Будто это совсем не я.
Потому что та Лиля, жизнь которой я живу, никогда не позволяет себе быть настолько откровенно погружённой в такое распутство.
В собственное удовольствие.