Концентрация на ближайшем будущем, помогает мне двигаться дальше. Каждый раз, когда я останавливаюсь, мои мысли возвращаются к Рагнару. Всё ли с ним в порядке? Я знаю, что он волнуется и, вероятно, злится, что не может связаться со мной. Я тоже волнуюсь за него.
Я не могу поверить, что тот придурок сделал такое. Чего он хотел добиться?
— Знаешь, что во всём этом так тупо? — спрашивает Делайла.
— Хм?
— Им тоже понадобится выйти из-под купола, — говорит она. — Я уже слышала, как некоторые девушки сами ходят на охоту и собирают то растение, эпис.
— Ого, — говорю я, копаясь в ещё одной машине, надеясь, что там окажется нужная нам деталь. Я понимаю, что уделяла ей внимание лишь наполовину. Если я не сосредоточусь полностью на задаче, я не смогу её выполнить, потому что всё, о чём я могу думать, это Рагнар.
Делайла смотрит на меня с выгнутой бровью, прежде чем мы снова приступили к работе.
— Вот она! — восклицает Делайла, поднимая плату.
— Она?
— Я думаю — да, — говорит она, размахивая ею и ухмыляется.
Мы заблудились, возвращаясь к шлюзу, но дружелюбная группа людей указывает нам правильное направление, и вскоре мы снова оказываемся у двери.
Когда мы подошли, нас ждали две группы. С одной стороны — Розалинда, Калиста и ещё две женщины, которых я не знаю. Напротив них стоит группа из пяти человек, трое мужчин, женщина и сам Гершом. Ни одна из групп не говорит ни слова, пока мы подходили, но обе смотрели на нас. В моём животе затанцевали встревоженные бабочки. Такое ощущение, что мы пересекаем невидимый барьер.
Украдкой, мы с Делайлой обмениваемся взглядами. Часть меня хочет кричать, чтобы они перестали на меня смотреть, или дико замахать руками в воздухе, или нечто в этом роде. Всё, что угодно, лишь бы снять витавшее напряжение.
Что-то движется за куполом, и я впервые посмотрела туда. Группа из пяти змаев идёт к двери, Рагнар среди них. Дросдан выделяется только размером. С ними также Лейдон и двое других охотников.
Они останавливаются в нескольких футах от другой стороны двери. Все пятеро змаев скрестили руки на груди и встали, выжидая.
— Выглядит зловеще, — шепчет Делайла
Ага, полностью согласна.
— Давай сделаем это.
Мы принялись за работу. Это требует времени, но Делайла знает своё дело. Я внесла свой вклад, держа провода, но когда она подключает плату в первый раз, ничего не сработало. Что-то не так. Я не тороплюсь, разглядывая её, пока не выделилась нижняя точка узора.
— Точно! — восклицает Делайла, когда я указываю ей на это.
Она поправляет провода, чтобы зафиксировать узор. Панель издаёт тихое жужжание, а затем загорается, готовая к использованию.
— Да! — восклицаю я.
Делайла фиксирует сломанную панель на место, но у нас нет возможности ее закрепить. Она возится с ней несколько минут, прежде чем сдаться и оставить её висеть.
— Работает? — спрашивает Розалинда.
— Да, — говорит Делайла.
Розалинда вводит код, и внутренняя дверь открывается, а затем закрывается. Порыв воздуха заполняет шлюз, затем открывается дальняя его сторона. Предвкушение заставляет меня переминаться с ноги на ногу, пока я жду, когда Рагнар войдёт в шлюзовую камеру. Я хочу, чтобы его руки обняли меня, его губы коснулись моих, и мне плевать, кто будет смотреть.
Когда воздух наполняет камеру, разделяющую купол снаружи, Лейдон делает шаг вперёд и встаёт перед ним. Остальные змаи, включая Рагнара, продолжают стоять в стороне. Тяжело сглотнув, я пытаюсь пристально посмотреть на Рагнара, закидав своими немыми вопросами.
«Почему ты не заходишь? Что происходит?»
В глубине моего сознания формируется крошечное сомнение, пробирающееся сквозь него.
Неужели он не хочет меня?