Превозмогая брезгливость, демон толкнул дверь и прошел внутрь.
К счастью, внутри все оказалось не так плохо, как он думал. Было вполне чисто и приятно пахло оливковым мылом и розовым маслом. Помещение было тесным, но в какой-то мере даже уютным: кругом стояли лавки с деревянными тазами и ведрами с водой, в печи потрескивали дрова. В углу лежала аккуратная стопка одежды, а с табурета рядом с большой лоханью свисала до пола простыня из грубого желтоватого льна, больше напоминающая тряпку.
Взгляд демона лениво блуждал, оценивая обстановку, пока не остановился на девичьей спине в лохани. Лайнесс сидела лицом к стене с печью, натирая голову мылом, и явно не слышала, как он вошел.
Одного взгляда на ее спину Гису хватило, чтобы понять, что перед ним не просто человек. У Лайнесс была красивая спина – точеная, с чуть выпирающими лопатками. Распаренная розовая кожа была гладкой и ровной, нетронутой болезнями смертных. Нуар хорошо постарался, сделав оборотней сильными и выносливыми – они во всем превосходили обычных людей. И тем более странным было то, что Лайнесс так и не заметила его присутствия. А может, она нарочно не оборачивалась, продолжая мыться как ни в чем не бывало?
Как неуважительно.
– К гостям принято поворачиваться лицом и приветствовать, – нагло объявил Гис, усевшись на табурет у лохани, скинув простыню на пол.
Лайнесс вздрогнула и резко обернулась на голос.
– Кто вы? Немедленно уйдите! – взвизгнула она, прикрывая руками грудь и пытаясь съежиться, чтобы скрыть как можно больше голой кожи под мыльной водой.
Гис слышал, как часто бьется ее сердце – она по-настоящему испугалась. Неужели действительно не слышала, как он вошел? Что за оборотень такой глухой?
И почему она выглядит такой напуганной? Почему не пытается напасть?
– Я никуда не уйду, – спокойно ответил Гис, закинув ногу на ногу.
И хотя на губах его играла улыбка, в глубине фиолетовых глаз было что-то недоброе. Опасное. Лайнесс охватил животный страх.
– Что вам нужно? – едва слышно выдохнула она, не в силах оторвать взгляд от незнакомца.
– Ты мне расскажи, зачем я пришел, – предложил демон, завороженно глядя в ее желтые, чистые, как редкие сапфиры этого оттенка, глаза.
От его насмешливого, тягучего голоса у Лайнесс по спине бежали мурашки. Она затравленно смотрела по сторонам, ища хоть какой-то выход из положения.
– Я не понимаю… Как вы открыли запертую изнутри дверь?
– Дверь была заперта? А по-моему, легко отворилась, – весело сказал Гис. – Я пришел за тобой, Лайнесс. Смывай мыло со своих красивых волос и одевайся. Нам пора.
– Я никуда с вами не пойду! Помогите! – Лайнесс закричала что было сил. – Помогите!
Гис закатил глаза, а потом резко встал с табурета и мгновенно оказался у лохани. Он схватил Лайнесс за мыльные волосы и с силой опустил ее голову под воду. Крик, бивший по ушам, прекратился. Гис несколько мгновений наслаждался тишиной, которую нарушало бульканье Лайнесс. Она пыталась вырваться и беспомощно махала руками, но Гис держал ее под водой до тех пор, пока она не перестала дергаться.
– Не надо волноваться, Лайнесс, – сказал Гис, поставив ее на ноги.
Он смотрел, как она кашляет водой, которой наглоталась, как трясется, обхватив себя руками за плечи, и все не мог взять в толк, что же с ней не так. С другой стороны, со странностями Лайнесс он может разобраться позже. Сейчас ему нужно ее забрать.
– Кричать тоже не надо. Иначе я вырву тебе язык и кричать ты больше не сможешь. Понимаешь?
Гис лукавил. Язык он бы ей точно не вырвал, ведь она еще должна поведать ему много всего интересного. Но крики девчонки так раздражали, что хотелось ее припугнуть и заставить молчать.
– Кто вы? Что вам нужно? – икая сквозь слезы, спросила Лайнесс. Кричать она больше не осмелилась – и так едва не задохнулась и нахлебалась мыльной воды.
Гис проигнорировал ее вопрос, поднял большое ведро с теплой водой и вылил ей на голову, а затем еще одно, смывая остатки мыла. Лайнесс тихо плакала, пытаясь прикрыть руками наготу, но демона ее обнаженное тело совершенно не волновало.
– Вылезай из этой бочки, – приказал Гис. Он всей сущностью презирал лохани.
Лайнесс послушно попыталась вылезти, но ноги тряслись от страха, и она поскользнулась на мыльной воде. Она бы точно упала, если бы Гис не подхватил ее на руки.
– Ты издеваешься? – возмутился демон.
Лайнесс всем видом напоминала оборотня. И не просто оборотня, а сильного представителя своего рода. Обычно глаза оборотней желтели только ночью, под светом луны, благодаря этому они могли так хорошо скрывать свою сущность. Лишь раз в месяц, в полнолуние, их глаза становились желтыми на целые сутки.
У девчонки же глаза были ярко-желтые ранним вечером. Гладкая кожа, ровные белые зубы и отсутствие телесных изъянов любого рода говорили о силе. Так, пламя геенны, как она могла быть такой глухой и неуклюжей?!