— От вас требуется сделать так, чтобы в храм никто не зашел, пока я буду искать ее, — ответил я.
— Хорошо, но что мы сделаем в четвером, если вдруг будет нападение? — спросила Сара.
— Ваша задача — обнаружить их, прежде чем они найдут храм. И мне кажется, что там мы будем не одни, — сказал я.
Глава 22
В середине полёта я пошёл в другую каюту и, сев на пол, погрузился в свои мысли.
— Он предал рыцарей, но зачем? Что изменило его? Он не был удивлён, увидев мой меч, как будто он уже видел этот цвет, а может, им он и владел… Тут я вспомнил слова советника: "Если тебя поглотят эмоции, твой клинок станет красным, как у наших врагов". Я вытащил меч из ножен и начал его разглядывать. Почему именно фиолетовый? Неужели энергия не могла дать мне цвет света? Неужели я правда всегда должен делать выбор, от которого будет зависеть моя судьба? Я много раз хотел сделать то, чем не гордился бы в будущем, но каждый раз она меня останавливала… Она. Если бы не Сара, то я бы уже давно ходил бы с красным клинком, ну или Рок убил бы меня сразу, как почувствовал от меня опасность, — с улыбкой сказал я.
Отец всегда говорил, что наше прошлое не должно влиять на наши поступки в будущем, и только сейчас я понял его слова. Не могу поверить, что я их вспомнил. Видимо, когда я вернулся в своё тело, я вернул все свои воспоминания, но теперь у меня нет цели — за родителей я отомстил. Кто я? Я тоже узнал, и теперь остался лишь один вопрос: что делать дальше?
— Может, просто жить, — сказала Сара, стоя в проходе.
— Много слышала?
— Почти всё.
— Неужели я так громко думаю?
Она подошла ко мне и села на пол рядом.
— Не знаю насчёт думаешь, но говоришь ты точно громко, — сказала она с улыбкой.
— Парни тоже слышали?
— Нет, они заняты другими делами.
— Ясно.
— Скажи, долго ты будешь решать проблемы сам?
— В каком смысле?
— Когда ты думаешь, ты уходишь в себя. Такое ощущение, что ты не хочешь, чтобы мы знали, что творится в твоей голове.
— Я сам не знаю, что там творится, и поэтому не впускаю никого туда. Пусть лучше заходят в моё сердце, нежели в мою голову.
— Ну так тоже пойдёт. Можешь мне помочь в кое-чём?
— Да.
— Ты знаешь, что стало с учителем Эрики?
— Я знаю только, что он погиб.
— В этом и проблема — он жив, и он наш враг.
— Тот воин — это её учитель?
— Да.
— И что ты будешь делать?
— Вот я и не знаю. Если ей сказать об этом, то это разобьёт её, но если скрывать это от неё, то лучше тоже не будет.
— Давай сначала спасём её, а уже потом решим.