— А я уж со всем этими новостям подумал было, что ты решила подзаработать, — произнес Мидир, однако шутливый тон Лейлу никогда не обманывал.
— Решили подзаработать те глупцы, что рубят головы собакам, красят их в черный цвет и пытаются выдать за тебя! Друиды проверяют каждого и теперь обещают плети за обман.
Вторая изящная ладонь выбралась из его волос, указательный пальчик укоризненно провел по самому кончику длинного Мидирова носа.
Волчий король ошарашенно замер на секунду, а потом не выдержал и улыбнулся: раз Лейла оттаяла до озорства, значит, все наладилось.
— Это весьма оскорбительно. Счесть меня — меня! — выкатил грудь колесом и надул щеки, как делал иногда младший брат. — Обычным зверем!
— Ты не влезешь в шкуру обычного зверя, — Лейла склонилась и потерлась носом о его нос.
Уже второй жест за пару минут, касающийся его чувствительного носа. Мидир озадаченно нахмурился на все сразу.
— С чего это? — он подозрительно покосился, ожидая подвоха.
— Высокомерие помешает, мой прекрасный ши, — Лейла опять улыбнулась, насмешливо, но по-доброму, понимая: он таков, каков есть.
— Никогда не жаловался, всегда получалось обернуться. Хотя и зверем я, конечно, необыкновенен, впечатляющ, восхитителен…
На этот раз Лейла прыснула отчетливо, отвернулась, закрывая рот ладонью, блестя глазами ужасно весело.
Мидир думал оскорбиться, но решил, что не стоит: такой смех не нес обиды никому, а Лейле становилось легче, отходили растревоженные вопросами нахальной девчонки жуткие воспоминания прошлого.
И раз они уходили, Мидир был рад завладеть вниманием женщины целиком и полностью. Простонал как мог жалобно.
— Хм, вот это новость, — не купилась Лейла. — На что намекаешь?
Мидир перевернулся, обхватил ее, повалил на постель и жарко выдохнул в шею.
— Намекаю? Да я невероятно жажду продолжить лечение. Моя красавица воскрешает меня из мертвых!..
Поздним вечером Джаред зашел еще раз, выглядел так, словно его что-то волновало, раз помялся, тоже по-своему, то есть переступил с ноги на ногу и решительно начал:
— Ты превратил меня в волка, и все мои раны затянулись. Почему никак не проходят твои?
Неплохо. Маленький волчонок сам осознал то, что другим приходилось разжёвывать.
— Мой внутренний зверь слишком силен для подобного рода заживления. Или, возможно, слишком слаб. Кроме того, есть другие ограничения, время и магия, этого вечно не хватает. Ты поймёшь, если захочешь… Однако хотел ты узнать иное.
— Тебя не обманешь… Отец говорил, его мать была не ши, — и поднял на Мидира глаза, не собираясь давать ему шанс схитрить.
Не то чтобы Мидир собирался.
— Если тебе интересно, — он сделал паузу, просверлил племянника взглядом, — Синни была обычной женщиной.
— Ты врешь! — мальчик сжал кулаки, опустив руки, не веря, не желая верить.
— Я не могу врать, Джаред, — вздохнул Мидир, не понимая причины волнения. — Пусть ты не хотешь иметь ничего общего с волками, но люди-то в родословной тебе чем не угодили?
Джаред прищурился сердито и враждебно. Он не хотел произвести впечатление матерого интригана, но всеми задатками как раз обладал, в отличие от Тикки. Взять, например, проницательность.
— Но ты можешь говорить часть правды. А это все равно что запутывание!
— Так задай мне прямой вопрос, — Мидир приглашающе повел рукой, маня присесть и поговорить на равных.
Джаред предсказуемо бросил ветвь мира в огонь негодования.
— Твоя мать — женщина Верхнего? Ответь! Скажи мне! — в уголках ледяных, взрослых глаз заблестели слезы, Мидир поспешил назвать вещи своими именами.