Дверь не хлопнула и на сей раз, отчего Мидир заподозрил, что косяк обит войлоком.
— Я сейчас догоню эту бесстыжую девку и отшлепаю хорошенько! — волчий король не удержался на отвлеченных мыслях и рывком сел. Пережил мгновение продирающей тело боли, сдержал стон и осторожно улегся обратно.
— Она ревнует, неужели непонятно? — подсела поближе Лейла.
— Она? Ревнует?..
Нет, решительно, девчонка нравилась Мидиру все меньше и меньше. Ревновать волчьего короля! Это ж надо догадаться!
— И говорит отвратительно.
— Она говорит как все.
— И какое тебе дело до всех? Впрочем, неважно, — он переменил ход мыслей, возвращаясь к значимой женщине, откладывая тему для разговора на потом. — Я чую дивный запах, можно сказать, волшебный. Что моя красавица принесла мне?
— Все! Новости, еду…
— И себя?
Улыбка очень шла рыжей красавице, особенно улыбка почти беззаботная. Мидир перекатился и улегся головой на Лейлины колени.
— Мне нравится все, боюсь начать сразу с третьего, так что просвети меня о новостях.
Лейла погрузила пальцы в его волосы и произнесла с укоризной:
— Все кому не лень охотятся на волков. Пока тщетно, и это странно. Звери обходят все ловушки, их не берет ни сталь, ни серебро, ни отрава, — женская рука добралась до затылка, покрутила прядку на макушке. Мидир сделал вид, что спит. Ему, конечно, никто не поверил. — Ты ничего не хочешь мне сказать?
— Волки невероятно умные создания, Лейла. Ты, как разумная женщина, не станешь выбивать ответ из очень старого волка?
Лейла дернула за ту же прядку.
— Очень разумная и добрая женщина, — согласился Мидир.
— За голову огромного черного волка Рагнар назначил награду великую… — женские пальцы вновь прихватили его затылок в беспокойстве.
— Забавные вести ты принесла из города, — постарался хмыкнуть как можно беззаботнее. Ни к чему ей еще и эти страхи. — Но о чем ты переживаешь, моя красавица?
— Я не жажду увидеть вот эту макушку — торчащей на колу, — откровенно произнесла Лейла.
— И не увидишь.
— Ты бы поберегся, мой прекрасный Майлгуир, — вздохнула она, понимая, что даже беспокоясь о волчонке и о волке, не переубедить и не развернуть, не обмануть и не заставить.
Мидир прихватил одну из ее ладоней, опустил к своему сердцу жестом признательности и доверия, благодаря без слов.
— Смогу ходить не шатаясь — надо будет приискать другое пристанище.
— С чего это? — насторожилась Лейла.
— Не хочу подвергать тебя опасности.
— Сам говорил, это место надежное!
— Не бывает мест достаточно надежных, не бывает оберегов достаточно прочных…
Вырвалось само собой, и Мидир оторвал речь.
— Сюда не заглядывают друиды, здесь не ходит стража. Кому нужен тихий, спокойный дом Лейлы?