Вопросы продолжали сыпаться. Когда он уехал? Где живет Лукас? Когда в последний раз Самюэл слышал о брате?
— Оставьте бедняжку в покое! — закричала Уилла, как только невестка пошатнулась и с рыданиями упала на пол. — Неужели вы не видите, что она ничего не знает.
— Может, так, а может, и нет, — возразил шериф. — Вероятно, она такая же упрямая, как ее муженек. Он уже был тюрьме, так как не сказал, где Лукас. Скажу вот что: когда мы его поймаем, судья не будет снисходительным. Он, возможно, приговорит обоих к повешению!
Шериф, обещая вернуться еще раз, выскочил в дверь вместе с волочившимся за ним помощником.
Мучительный голод разбудил Лукаса Трандла от беспокойного сна. Через слабый утренний свет он увидел брата, стоящего перед разбитым окном и смотрящего наружу.
— Что-то заметил?
— Ничего.
— Может, пойду поищу каких-нибудь ягод и орехов. Если повезет, добуду белку или зайца.
— Сколько ты собираешься оставаться здесь? — спросил Самюэл.
Спасаясь с места ограбления, братья спрятались в заброшенном амбаре в двадцати милях от места преступления.
— Пока будет не опасно.
— Мы уже здесь три недели. Никто сюда так и не сунулся.
— А кто тебе сказал, что здесь безопасно?
— Не знаю, сколько ты еще собираешься оставаться здесь, а я пойду домой. Марджори вот-вот родит, если уже не разрешилась.
— Ты сумасшедший? Если нас ищут, то первым делом наведаются домой.
— Но меня, возможно, не подозревают, — возразил Самюэл.
— Хочешь рискнуть?
— Черт возьми, и для чего все это?
— Потому что нам обоим нужны деньги, — ответил Лукас, будто вопрос был риторическим.
— Я не останусь здесь: мне нужно увидеть жену. Она ждет, что я вот-вот вернусь. Уверен, она удивляется, почему я даже не пишу.
— Подожди немного, еще недельку хотя бы. Деньги станут бесполезными, если попадем в тюрьму.
Лукас натянул сапоги, подхватил охотничий нож и, убедившись, что на берегу все спокойно, вышел на поиски еды. Самюэл подождал минут пятнадцать, а затем направился за ним.
«Прости, брат, больше ждать не могу».
Он незаметно пробирался через лес, стараясь не издавать шума, который мог бы привлечь кого-то. Ему не только хотелось избежать встречи с полицейскими, но и со старшим братом. Он шагал целый день, останавливаясь лишь попить и немного отдохнуть. Проходя мимо какой-то фермы, Самюэл сорвал несколько яблок. Они еще не поспели, но кислый вкус все же утолил голод.
Через два дня малец оказался у родного города. Он подождал, когда сядет солнце, и попытался близко подойти к дому. Под прикрытием темноты Самюэл пробрался не к двери, а к дальнему окну. Он открыл его и пролез внутрь в надежде на то, что не напугает ни жену, ни мать. Спальня оказалась пустой: значит, Марджори еще не ложилась спать. Самюэл приоткрыл дверь и увидел мать, сидящую в одиночестве в комнате.
— Ма, — прошептал он.
— О, Боже милосердный! Ты чуть не напугал меня до смерти, — вскричала Уилла.
— Я пролез через окно спальни, так как не знаю, следит ли кто-нибудь за нами.
— Значит, верно говорят: вы с братом ограбили еще один банк.
— Я был в отчаянии, — признался он, — ни работы, ни денег, ребенок должен родиться.