"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сверкер беспокойно оглянулся, осознав, что их разговор могут услышать.

– Закрой оконца! – рявкнул он на Нежанку. Та сидела в углу, не смея даже подойти к княжне, чье место невольно заняла возле Зоряна. – И уведи ребенка! Ничего там во дворе не говори, я сам все скажу!

– Куда ж ее! – Гостислава придержала младшую дочь. – Она же у нас умерла и похоронена! А так вот взять и на двор выставить!

– Ну, сама уходи! Так что случилось? – Когда челядинка торопливо ушла, задвинув заслонки, князь снова обратился к Ведоме. – Кого ты нашла? Я поддерживал эту глупую игру, потому что бы уверен, что ты уехала с Зоряном и теперь называешься княгиней зоричей! Только поэтому тебя так неусердно искали – и только потому не нашли! Если бы я только знал, что он увез эту глупую девку, а ты… Так где ты была все это время, йотуна мать!

Ведома молчала. По лицу ее Гостислава кое-что поняла.

– А теперь-то что пытаешь, батюшка? – со сдержанным гневом спросила она. – Вспомни, что ты людям говорил? Дескать, какого мужа боги дочери на Купалиях послали, тот мне и зять! Божьей воли не нарушу, коли послали суженого, так тому и быть, а я, дескать, не разлучу… Чего теперь-то буйствуешь? Кого послали, того и возьмем. И так уж девка засиделась.

– Засиделась! Она сидела бы еще десять лет, пока я не найду того, кто мне нужен! И я его нашел! И если уж этот клятый дурень вцепился в челядинку, она-то хотя бы могла вернуться домой!

– Я тоже нашла мужа, – подала голос Ведома. – На Купалиях мне его послали боги. И я приняла волю богов. Ты теперь хочешь, чтобы я ее нарушила?

– Я хочу знать, кто этот мой йотунов зять! То есть кто воображает себя моим йотуновым зятем, потому что я еще посмотрю… Да нет, я… Отвечай!

– Нет.

– Что?

– Я не скажу тебе! Ты довольно разгневал богов и чуров тем, что объявил умершей родную дочь и осквернил могилу своей матери!

Этот упрек попал в цель и оказался болезненным. Сверкер шагнул вперед и с размаху ударил Ведому по щеке, так что она отлетела к стене и ударилась об нее спиной. Гостислава кинулась к дочери, норовя встать между нею и мужем.

– Это все из-за тебя! – в ярости закричал Сверкер. – Это ты, троллева коза, вынудила меня все это сделать! Почему ты не пришла домой? Как ты посмела обмануть меня и уйти?

– Я вышла… замуж… – Ведома выпрямилась, держась за щеку и глядя на отца с чувством, очень близким к ненависти. – Боги… послали мне… суженого. И я не скажу тебе, кто он, хоть ты поленом меня бей! Я не хочу, чтобы в придачу ко всему ты еще оскорбил богов враждой со своим же зятем! Разве не хватит…

Она хотела напомнить, что Сверкер когда-то загубил тестя со всей семьей, и вражды еще и с зятем ему боги уж точно не простят. Есть же какой-то предел терпения даже у судьбы!

Но запнулась, вспомнив: на руках Сверкера уже есть кровь сватьев. Только он не знает о том, что Озеричи – его сватья. И не узнает, насколько это зависит от нее.

– Никуда не выходить, – отрывисто бросил женщинам Сверкер. Его трясло. – Ни с кем не говорить. Людям я сам все скажу. Чтобы прикрыть этот позор… И больше… ты шагу не ступишь за ворота без моего разрешения.

Он вышел, стукнув дверью. Ведома и Гостислава медленно сели рядом на лавку, глядя перед собой.

У двери что-то зашуршало. Зашевелились висевшие на колышке княгинины шубы, и из-под них вылезла Приянка, спрятавшаяся от разгневанного отца. Посмотрев на мать и сестру, она вздохнула, как взрослая, и жалобно проговорила:

– Ну, вот! Теперь нам обеим нельзя гулять!

Давно гридница старого Хринга не видела такого многолюдства. За столами тесно сидели нарочитые мужи, а те, кто не поместился, толпились в дверях и слушали под оконцами. Сверкер давал богатый пир – будто свадьба. Наварили пива, достали бочонки меда, зарезали трех свиней и трех телят, подавали множество рыбы, похлебок, каш, пирогов.

Но не ради угощения собрались сюда лучшие люди смолянских родов. За три дня будоражащие новости успели разнестись по всем окрестным гнездам, весям и городцам, и собралось множество народу – званых и незваных.

Еще пока отроки рассаживали гостей, людям представилась первая неожиданность. Среди прочих в гридницу вошли и трое старших Озеричей: Краян с братьями Дебряном и Немигой. На всех троих были «печальные» сорочки и пояса: в последнее время они похоронили уже двоих.

Все знали, что Краянов сын Шумил погиб от руки княжьих людей, а пировать с кровным врагом не ходят. Но Озеричи сегодня уже виделись с князем в этой самой гриднице. При свидетельстве старшей дружины, уважаемых людей Свинческа и своих родичей они предъявили обвинение в убийстве, и Сверкер его принял. Не отрицая вины своих хирдманов и не пытаясь переложить ее всю на Шумила и прочих буянов, он раскрыл свое сердце – как тосковал он, утратив за короткое время и мать, и обеих дочерей, и как был готов на все, лишь бы вернуть хотя бы ту из них, которую не хоронил своими руками.

– Да разве бы вы не сделали того же, томись ваша дочь в неволе невесть где? – восклицал он.

В конце концов сошлись на том, что князь обязан выплатить виру, но поскольку Шумил все же первым схватился за оружие – коим послужила жердь – и бросил Сальге вызов, то и вира будет на треть уменьшена. На том ударили по рукам и признали мир восстановленным.

Люди нашли, что обе стороны вели себя честно и вышли из сложного дела, не потеряв славы.

Чтобы передать родичам приглашение в Свинческ, Равдану потребовалось не меньше смелости, чем для того, чтобы тем памятным утром явиться туда самому. Когда прошла первая радость и прилив надежды от мысли, что можно будет увидеть Ведому, он сообразил, что сложности только начинаются. Родичи ведь ее узнают. Смогут ли они не подать вида, что это их собственная невестка? И захотят ли молчать?

Однако деваться было некуда, и он в точности передал отцу слова Сверкера. Приглашение князя явиться на пир и заодно обсудить виру Озеричи приняли прохладно. Лишь сегодня на закате предстояло возложение тела Шумила на краду, бабы голосили. Не порадовала даже новость, что нашлась княжья дочь, из-за которой все это случилось.