"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она не бесправна там, ей есть кого призвать на помощь. Но однажды ей уже помогли! Кощей вечен, но доброта его не беспредельна: скорее это терпение, первое свойство вечности. Она может войти. Но не сможет ничего унести с собой. Даже руны. Чтобы вынести их, ей придется самой остаться с той стороны…

Но не успела она даже прикинуть, возможно ли такое решение, как весь этот темный мир вдруг без предупреждения резко завалился влево. Прияна услышала собственный крик – с облегчением ощутив хотя бы часть себя на привычной стороне бытия, – и почувствовала, что вновь падает, но уже земным телом. Слетев с лавки, она ударилась об пол, вцепилась во что-то; одной рукой она держалась за горячую человеческую руку, другой – за край скамьи, на него же опустила голову. Ее положение было вполне прочно, но ощущение падения не проходило. Все чувства говорили, что она продолжает лететь вниз. Вместе со скамьей, за которую держится, и полом, на котором сидит.

Потом все прекратилось.

– Княжна! Что с тобой? Укусил кто?

Кто-то пытался ее поднять. Прияна с трудом открыла глаза: перед ней появилось испуганное лицо Хавли.

– Кто тебя укусил? – Он бросил взгляд на пол. – Мышь?

И сам замер, удивившись своему вопросу. Мыши не кусают спокойно сидящих людей. Но кому еще тут, в доме, быть? Среди зимы! Даже домовые спят!

Прияна встала, обеими руками крепко держась за Хавлю. Посмотрела на Хакона. Он все так же оставался в забытьи, не слышал ее крика, не пробудился от прикосновения ее рук. Короткими глотками втягивал воздух и постанывал от неосознаваемой боли. Красное лицо отекло и стало непохоже на себя. Глаза так глубоко запали, скулы обозначились так резко, что под кожей проглядывал череп. Кощей… Кощей взирал с его лица, без слов говоря: это уже мое…

Чужими глазами, что были много старше ее тела, Прияна смотрела на это мертвенное лицо, как на давнего друга. Так Мара-Хель смотрит на умирающего бога, которого видела бесчисленное множество раз и еще увидит… Отстраненно – будто душа ее не совсем вернулась и не вспомнила сердечные чувства – Прияна осознала: все кончено. Она не схватила руны. Она даже их не запомнила.

Но и не важно: увидеть знаки мало, нужно взять их, овладеть их силой и вынести ее на эту сторону бытия. Тогда все получится. А без силы рисовать черточки на палочках – детская игра, не умнее попытки вытащить из лужи отражение луны.

«Мои мертвые помогают мне. Мои дисы помогают мне. Их силой подкрепляясь, я помогу тебе». Вот как заканчивала Рагнора свои заклинания. Теперь Прияна это ясно помнила. Но вместе с тем так ясно, как если бы Рагнора с той стороны словами сказала ей об этом, она знала: никто уже не вытащит Хакона из петли, которую на него накинул Кощей. «Он скоро умрет», – сказали ей духи. «Сегодня!» – сказали они…

Прияна отошла от лежанки Хакона в самый дальний угол, села, сжавшись в комок, и плотно закрыла лицо руками.

Барсучиха прибыла – Бельчата посылал за ней сани, – еще пока Хакон дышал. Это оказалась толстая, приземистая, сильно морщинистая старуха с тусклыми серыми глазами; Прияне она сразу показалась отвратительной. От старухи смердело Навью. Лишь глянув на больного, волхвита замахала руками:

– Кощеюшка… Я дорогу не перебегаю. Враз вижу: кого вытянуть, а кого и нет.

– Истинно, – прошептала Прияне боязливо любопытствующая хозяйка, Бельчатиха. – Видит она. Одного вытащит, а другого и не берется.

– Поди прочь, – только и сказала Прияна, брезгливо морщась.

Барсучиха дико взглянула на нее и молча укатилась за дверь.

– Зачем звали – коли есть! – неприязненно зыркнула она на тиуна и кулем плюхнулась в сани.

Бельчата лишь с женой переглянулся недоумевающе.

– Поутру будем князю гонца посылать, – вздохнул Бельчата.

И дурак догадается, отчего Барсучиха уехала на ночь глядя – хоть до ближней веси, не захотела в становище переночевать. Воевода помрет, а за княжьего стрыя с нее могут спросить. А с них?

Прияна не двигалась с места, сидя в нетопленой избе, отказывалась от еды и ни с кем больше не говорила. Хакон дышал все чаще, потом затих. Бесчувственной рукой Прияна держала его руку, липкую от пота, пока та не начала холодеть, помаленьку впитывая холод нетопленой избы…

Он уходил – невидимо и неотвратимо. Душа расставалась с белым телом, ясны очи – с белым светом. Чувство этой неотвратимости ледяным ножом пронзало грудь, от острой боли перехватывало дыхание. Ощущение ужаса – он так хорош собой, умен, благороден, и еще молод – наваливалось и давило. Красный кафтан, которым он укрыт, и чернота вокруг… Больше ничего нет в мире.

Вспомнился давний день, такой же темный и зимний, когда она, девочка, в один час лишилась обоих родителей. Смерти их Прияна не видела, но помнила, как два тела, уже обмытые, лежали в бане. Одетые в лучшие новые одежды, укрытые белым полотном с головой. Сестра приподняла край полотна и дала ей взглянуть на лица. На закрытые глаза, откуда смерть навсегда похитила свет. На горле у обоих, до подбородка, лежали свернутые рушники, и это выглядело так странно – лучше всяких слов давало понять, что это уже не ее родители, а что-то другое, из другого мира… Годы спустя Прияна сообразила: таким образом от глаз прикрыли смертельные раны. Но тогда ревела больше от страха и недоумения, не вполне понимая, что произошло и как это все изменит. Теперь она понимала слишком много.

Кощей, которому отец отдал ее на словах, взял добычу на деле. И с тех пор откусывает по куску от ее мира, забирает все, что ей дорого. Родителей. Мужчину, который мог бы вернуть ей утраченный почет и дать власть. Она только подумала об этом – а бездна распахнулась и поглотила его.

Надо кое-что сделать – подсказывало ей внутреннее чувство. Она не сберегла его, не выпросила у Кощея, но кое-что она сделать может. Прияна встала, взяла с полки пустую миску, налила туда черпаком воды из лохани и поставила возле изголовья Хакона. Снова села и стала смотреть на воду – та колыхнется, когда душа окунется туда перед уходом. Но было так темно, а у нее так рябило в глазах, что она пропустила этот миг.

И все ей казалось, что она спит. Что ее затянуло в ту темную нору, где она летела вверх и одновременно вниз, что она где-то в Кощеевом царстве, где все наоборот и поэтому Хакон, который на самом деле живой, – мертв. Но когда же придет Рагнора и выведет ее, как в прошлый раз, в обычный мир – светлый и правильный?

Ночью пришла Бельчатиха и увела Прияну – из темной избы, где девушка молча сидела наедине с мертвецом. Хозяйка боялась заходить, но пуще того боялась, что с княжной тоже чего нехорошее сделается: замерзнет за ночь в нетопленом жилье или нави унесут, а им с мужем за двоих потом отвечай.

Прияна пошла с ней без возражений. Даже что-то съела… или ей мерещилось? Выпила что-то теплое. Кажется, заснула.

«Мои мертвые помогают мне… Мои дисы помогают мне…» – гулко отдавалось в голове между мыслями, как раскаты грома среди туч.