"Княгиня Ольга". Компиляция. Книги 1-19: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лют проследил взглядом за указующей плетью. Среди заводных лошадей сидели на земле трое – древляне. Два мужика и отрок лет четырнадцати-пятнадцати. У всех были связаны руки, у одного мужика на лбу среди волос сохла кровь, другой был ранен в плечо.

Не так-то просто управиться с перепуганными чужими лошадьми. Кое-кто получил копытом между ног, а одного незадачливого ловца злая лошадь, признававшая только своего хозяина, угостила кованым копытом по лбу и раскроила череп, не хуже воеводы с его «корлягом» по имени Вороново Крыло. На дороге виднелись несколько тел убитых налетчиков, кого свои, разбегаясь, не успели подобрать или не заметили в суете.

У обочины лежали три тела в кольчугах.

– У нас много… – Лют подался вперед.

– Пока я знаю про пятерых, – с досадой ответил Мистина. – Да раненых с десяток. Двое «тяжелых…». Почти все стрелами.

– Они что – знали?

– Едва ли, – Мистина качнул головой. – Явно же, что все готовили второпях. Но их до желвака много. Только здесь было с полсотни.

– Да ну!

– Я сам видел, как они из кустов полезли. Наши деревские сваты, жма, тоже не на вечерницах порты просиживали!

Мистина издалека осмотрел пленников, оценивая, что за люди, потом кивнул телохранителю:

– Подведи ко мне. По одному.

И отъехал немного в сторону. О том, что именно хранится в мешках с печатью Анунда конунга, не знали даже оружники. Скорее всего, древляне позарились на лошадей. Пять лошадей с ценным грузом были распределены среди надежных людей, но один был убит наповал стрелой из зарослей. Особо меткий ловец попал ему в глаз и ускакал на оседланной лошади, уводя другую, прикрепленную к ней поводом. Остальных четырех с Анундовыми мешками увели свои – пустились вскачь к основным силам, едва увидели нападающих, и оказались под прикрытием Мистины и его телохранителей.

Лют снял шлем, стал рукавом вытирать мокрый лоб и шею. Хотелось пить – послать бы отроков за водой… И вдруг он тронул коня и подъехал к брату, который, сидя верхом, разговаривал уже со вторым из пленников.

– Я этого знаю! – Лют показал на отрока плетью. – Малинский, да?

Липняк вздрогнул. Он и так едва стоял на ногах от слабости, боли и страха. Выбежал со всеми из-за кустов, кинулся к одной лошади – ее уже схватил кто-то, шарахнулся от второй, побежал к третьей… Схватился за узду, другой рукой за гриву, подтянулся, как Берест его учил, перебросил ногу и почти уже сидел на спине, как лошадь взвилась на дыбы и неопытный всадник полетел наземь. Ушибся всем телом – не был бы таким легким, переломал бы кости. Знал, что надо встать или хотя бы открыть глаза, пока не затоптали, но было страшно и хотелось, чтобы все поскорее само собой кончилось, а его чтобы какая-нибудь неведомая сила перенесла в безопасное место… Наконец он разлепил тяжелые веки и попытался встать; ноги дрожали, от боли стояли слезы, и все расплывалось перед взором. Потому не заметил близко всадника, а тот налетел прямо на него, лошадиная грудь опять сбила наземь. Вот-вот тяжелое копыто встанет на спину и раздавит, как лягушонка, мокрое место останется… Вокруг кричали и дрались люди, носились кони, в лицо била грязь из-под копыт. Липняк пытался отползти к зарослям, но едва не попал под еще какую-то лошадь и замер, сжавшись в комок и всякий миг ожидая смерти.

А потом кто-то спрыгнул на землю рядом с ним, перевернул и быстро скрутил руки. Вокруг уже были одни русы, а спасительные заросли так далеко… В мыслях все спуталось, он и не понимал, как так получилось. Своих никого нет – только еще двое пленных, он не помнил, как их зовут, это были весняки из окрестностей.

Но вот Липняка подняли и повели к старшему над русами. Рослый всадник казался слишком большим для вороного коня с лохматой челкой, и от него исходила такая уверенная, величавая властность, что и без богатого пояса в серебре было ясно, кто здесь старший.

Липняк поднял глаза… и задохнулся от страха. Он узнал воеводу в лицо. Свенельдич-старший. Мистина не так часто появлялся в земле Деревской, но Липняк видел его совсем недавно. В вечер стравы по Ингорю. После которой близ свежей могилы осталось с полсотни изрубленных трупов… Будто злой дух, владыка Нави, он проходил по земле Деревской, оставляя позади себя груды мертвых тел. Оказаться прямо перед ним было все равно что перед самим Кощеем.

Его серые глаза смотрели прямо на Липняка. Этот спокойный взгляд заставлял дрожать: казалось, само внимание столь весомого человека может раздавить тебя, козявку. Ты виновен уже в том, что вынудил его тебя заметить.

А к тому же за этим спокойствием угадывалось бешенство. Всадник на вороном коне нависал над Липняком, как туча грозовая. И по глазам его было ясно: ему нет дела до того, кто стоит перед ним. Он знать не хочет, как тебя зовут и чей ты сын. Ему чего-то от тебя нужно, и он намерен это получить.

– Тебе годков сколько, отроче?

Отрок молчал, и Мистина концом плети приподнял ему подбородок. Серебро холодило кожу, слышался легкий звон колечек на рукояти.

– Лет, спрашиваю, сколько, дитятко?

– Я не дитятко… – пробормотал Липняк, обмирая от собственной дерзости. – Шестнадцатая зима пойдет.

Пятнадцать, значит, хотя на вид меньше. Всего на два года моложе Люта…

– Куда ускакали ваши люди? – спросил Мистина, отгоняя лишние мысли, и лишь плеть, сделанная из обломанной втулки копья, богато отделанной серебром и медью, подрагивала в сильной руке. – Ты ведь это знаешь.

Липняк молчал, но отвести взгляд не мог. Эти серые, как сталь, не знающие жалости глаза завораживали и подчиняли. От всадника исходила повелевающая сила, отчего он казался огромным, как гора, а ты маленьким, как букашка.

– Я хочу знать, куда угнали наших лошадей, – продолжал Свенельдич. – И я это узнаю.

Было ясно: это так. Все будет, как он сказал.

– Но у тебя есть выбор. Или ты скажешь сразу, и тогда останешься цел. Или ты будешь запираться, и тогда… ты все равно скажешь мне все, что я хочу знать, но перед этим будет очень больно. Или первым успеет сказать кто-то из них, – не глядя, Свенельдич показал плетью на двоих весняков. – И тогда ты потеряешь один или даже оба глаза понапрасну.