Фан Юань слушал достаточно, и теперь настало время вмешаться в разговор.
— Вынужден сообщить, что старейшина ошибается, и шанс на победу у соученика Не Ли крайне высок, — смиренно произнес Фан Юань.
— Молодой мастер Шэнь Юэ, вижу, вы пришли в себя, как вы себя чувствуете?
— Стараниями врачей нашей академии со мной всё в порядке, через пару дней смогу вернуться к духовному совершенствованию.
— Рад слышать хорошие новости, но что вы имели в виду, когда сказали о победе мальчишки?
— Старейшина мудр, но жизненный опыт притупил его взор. Конечно, если соученик Не Ли с его талантом достигнет бронзовой звезды за два месяца с помощью знаний и ресурсов академии, я сам первым съем свои сапоги, — Фан Юань на секунду прервался, дав ученикам издать смешки, конечно, он знал, как управлять толпой, и предвидел подобную реакцию, как только класс стих, он продолжил:
— Но что, если ему помогут со стороны? Я уверен, уважаемые старшие знают об этих способах, так что я поясню для моих соучеников. Превосходная алхимия, если у вас есть миллион монет демонического духа, то вы сможете поднять одну или даже две звезды бронзового ранга за считанные дни. Но у небольшой благородной семьи Небесной Метки вряд ли есть такие деньги.
— Тогда, может быть, секретная техника небесного уровня, но в его семье такая техника досталась бы наследнику главы или признанному гению. Да и имей они такую технику, семья вряд ли все еще была бы лишь благородной. Есть еще эликсир сжигания духа, способный временно поднять духовное развитие ценой собственной жизни.
Из класса послышались панические вздохи. Но тут проректор решил встать на защиту Не Ли.
— Такие эликсиры хоть и не дороги, никто бы не продал подобное ребенку.
— Безусловно, уважаемый проректор, я даже больше скажу, их и большинству взрослых не купить. Только в нашем славном городе есть одна организация, которая плевать хотела на законы и любит использовать подобные эликсиры.
— Ученик Шэнь Юэ, вы хотите сказать, что Не Ли состоит в Темной Гильдии? Это вздор!
Не обращая внимания на перешептывания в классе, Фан Юань продолжил:
— Конечно нет, зачем им нужен тринадцатилетний сопляк, не достигший даже одной бронзовой звезды? Но представьте себе ситуацию: член Гильдии находит бесталанного и, соответственно, не имеющего перспектив мальчишку. Он говорит, что понимает мальца, и предлагает устроить спор с учителем. Во время спора все отвлекаются, и меня пытаются убить, к счастью, неудачно.
— А чтобы хоть как-то навредить Священной семье, ему дают один из эликсиров сжигания духа. И вот он — герой класса! Мальчики будут уважать его, а девочки любить, — с этими словами Фан Юань перевел взгляд сначала на стоящих рядом с Не Ли парней. Ду Цзэ уже побелел от страха и понимания, в какое дерьмо он вляпался, ведь Не Ли был хоть бедным, но благородным, а вот жизнь самого Ду Цзэ, а возможно, и всей его семьи и вовсе ничего не стоила. А вот Лу Пяо был спокоен, было похоже, что он буквально уснул с открытыми глазами. А потом на Е Цзыюнь, которая скривилась, не желая привлекать к себе внимание. Но тщетно, Не Ли на весь класс кричал, что она будет принадлежать ему. Так что все сейчас смотрели на нее. Фан Юань тем временем продолжал:
— Только вот ему, вероятно, забыли сказать, что через полгода, или сколько там действует эликсир, он сгниет заживо на руках у его отчаявшихся родителей.
Шепотки в классе превратились в настоящий галдеж. Проректору пришлось рявкнуть на учеников, чтобы те успокоились. Но взгляды, полные жалости и презрения, ученики продолжили бросать на Не Ли.
— А еще, проректор, если вы допросили учеников, то должны были обратить внимание на то, что за места Не Ли упоминал. Я, как и уважаемая госпожа Шэнь Сю, о них не слышали, может быть, вы нас просветите? Может быть, Не Ли состоит в исследовательской экспедиции? Ох, забыл, туда берут только с золотого ранга. Так откуда он о них знает? Не из разговоров ли членов Темной Гильдии, которые умудряются выживать за пределами города и должны знать о подобных местах?
Словесная мышеловка почти захлопнулась, но убивать крысу нельзя, следует взять паузу и дать зрителям время переварить услышанное. А потом позволить мышке позорно сбежать. Разве мог Фан Юань не спланировать разговор? Теперь мягкая улыбка, и можно продолжать:
— Ох, простите этого младшего, нападение так повлияло на меня. Я стал излишне подозрителен. Конечно, соученик Не Ли просто выдумал все это, чтобы привлечь к себе внимание. Ведь не мог же в академию пробраться шпион Темной Гильдии, когда за ней присматривает господин Е Шенг.
— Я уверен, если Не Ли признается во лжи и попросит прощения у госпожи Шэнь Сю, можно будет обойтись минимальным наказанием и не прибегать к архаичной кровной мести и прочим варварским обычаям. Жаль, что пари уже не отменить. Как вы считаете, уважаемый проректор?
Е Шенг погладил бороду, обдумывая, как поступить, но вариант у него был только один:
— Не Ли получит двадцать ударов розгами за вранье и оскорбление, после чего публично принесет извинение учителю Шэнь Сю.
— А если я не хочу приносить извинения, напротив, я могу предложить... — спокойно начал Не Ли.
Возможно, он смог бы исправить свое положение, играя словами, а возможно, нет. Е Шенг не стал рисковать, слегка махнув рукой, он послал духовную силу и запечатал Не Ли рот. Е Шенг был стального ранга, пусть и только первой звезды. Так что он мог таким же легким движением руки и убить всех в комнате. Но вынужден был быть вежливым со Священной семьей.
Даже сейчас в академии было несколько заклинателей золотого ранга из Священной семьи, которые с помощью следственных методов пытались найти воображаемого нападавшего. В целом же сила Священной семьи уступала его семье лишь немного. Но вот терпеть мальчишку, которого он пытается защитить, а тот еще и выкаблучивается, он точно не собирался:
— Не Ли получит пятьдесят ударов розгами за вранье и оскорбление, после чего публично принесет извинение учителю Шэнь Сю, — почти дословно, лишь увеличив количество ударов, повторил проректор.
Фан Юань был доволен, все шло по его плану. Просчитать Не Ли он не мог, было слишком мало информации, поэтому и не заговорил с ним ни разу. Зато остальные были как на ладони. Особенно важной фигурой был Е Шенг. Семья Вьюги во главе с городским лордом любит изображать из себя праведников и защитников угнетенных. Конечно, такой человек не мог позволить казнить ребенка, да еще и ученика академии. Так что, как только появилась возможность дать Не Ли небольшое наказание и закончить с этим, он ей сразу воспользовался.
Только вот для древнего культиватора это окажется огромным ударом. Когда люди умирают за свои убеждения, это воодушевляет окружающих. Но когда они получают за свои убеждения розгами по голой жопе, это вызывает лишь презрение. А после наказания проректор вынудит Не Ли сознаться во вранье и извиниться. Вскоре все станут считать его никчемным отбросом.
Окажись на его месте Фан Юань, он даже обрадовался бы, ведь после такого никто не обращал бы на него внимания, и он бы получил больше свободы. Но Не Ли, очевидно, зависим от мнения окружающих и особенно близких ему людей. И такой груз на сердце не даст ему полностью отдаться культивации, что замедлит его рост.