Башня Богов III: читать начало книги онлайн

— Тот, кто прошёл испытания вчера, не может вырасти высоко, очевидно, он будет серого ранга. Куда ведут пути всех начинающих восходящих? В Базарат. Если задуматься, искомый новичок обязательно появится здесь, значит, нужно просто караулить и проверять всех и каждого.

— Тогда почему вершина пирамиды не полна ищеек и охотников за головами, которые устроили там лагерь?

— Потому что приказ пришёл только сегодня с утра. Азурандар отдал приказание одному из высших богов в своей свите, тот разделил области поиска между богами старшего эшелона, и одному из них достался Базарат. Его имя Ормангор, владыка стихиалей, могучий и гневный бог. Он объявил Базарат территорией поиска возможного кандидата с потенциалом археона, и клич Ормангора пришёл ко мне в момент, когда ты дрался с Клыком. Я проигнорировал его, как все предыдущие заказы, приходящие планарным охотникам. Ведь я выбрал иной путь.

Говоря всё это, Хопеш смотрел на меня застывшим взглядом, выражение глубочайшего изумления так и не покидало его лицо.

— Ты не ответил, как догадался конкретно про меня.

— Четыре фактора сошлись воедино в одном существе. Новичок. Из расы, которая только что начала восхождение… а появление уникума оттуда всё же вероятнее, чем из одной из давно восходящих рас, представители которых не показывают выдающихся результатов в Башне. Обладающий креативным разумом и мудрым взглядом, способный понять картину, сложив её из кусков, меня удивило твоё мышление. Оно выделяет тебя. И наконец, уникальный и неповторимый класс. Кто ещё может обладать абсолютно уникальным классом, кроме одного во вселенной новичка с потенциалом археона?

Паук опустился на каменную мостовую и медленно пополз в нашу сторону. Пророчество смыкало отравленные клыки на моей шее, я пригнулся, готовый драться или бежать.

— Но есть и пятое свойство, моё, — сказал Хопеш с напряжением. — После гибели цирка и трёх лет в библиотеке селестиалов я прошёл испытание планарных странников и встал на Путь Озарения. Стал интуитивным мистиком фатума, это значит, что мои действия часто продиктованы инстинктом и предчувствием судьбы. Я стараюсь не мешать ей сбываться, и чем дальше, тем больше оказываюсь участником судьбоносных событий. Потому что иду по дороге, которая складывается сама собой, понимаешь, Яр-р-р?

Я понял, что все мои особенности слишком выставлены напоказ и если обладать творческим умом и склонностью к проведению ассоциаций, можно и правда догадаться, что со мной дело не просто. Но блин, у Хопеша не было никаких реальных свидетельств, улик или доказательств! Он просто оказался в нужное время в нужном месте, и будучи ненастоящей, но формальной ищейкой — владел нужной информацией. Ему просто дико повезло, сошлись все звёзды! Конечно, я сам виноват, что прокололся и при нём произвёл левелап, да не обычный левелап, а переход со статуса на статус! Ведь у Хопеша прокачано восприятие, и он увидел системную информацию, что мой класс не просто уникален… а по-настоящему единственный в своём роде.

Да, это была ошибка с моей стороны, но всё прочее было реальным статистически маловероятным совпадением факторов! Какое же дикое невезение… или судьба?

— Награда поистине велика, — прошептал Хопеш, его глаза блестели, в их застыла борьба. — Нашедший получит статус приближённого к Ормангору, возможность стать богом и уже сейчас силу полубога. Так сильно владыка владык хочет тебя заполучить.

Паук прополз два метра, осталось восемь. Я ждал момента, такого сочетания факторов, в котором мои шансы станут из нереальных хотя бы призрачными.

— Сколько всего я бы смог сделать с таким статусом, Яр-р-р. Сколько дорог пройти, скольким страждущим помочь, сколько добра совершить, — Хопеш запрокинул морду и коротко, протяжно завыл от безысходности. Затем опустил, и его глаза стали блёсткими, холодными, злыми. Он принял решение.

— Ты хороший человек. Ты помогал другим и оставался разумным. Ты спас меня из пасти джурока. Ты даже почти приручил дикую джарсскую девочку. Нет. Я не отдам тебя Азурандару. Я не хочу, чтобы ты навеки стал рабом в игре величайших. Лучше будь свободен и живи свою жизнь.

Наступила тишина, настолько густая, что в ней можно было повесить что-нибудь тяжёлое в воздухе, и оно бы не упало.

Что? Серьёзно? Он не врёт и не пытается неожиданно напасть? Он правда решил не выполнять и не получать великую награду, а отпустить меня? Всё это время Хопеш не играл роль чистосердечного хиппи-странника, а был им на самом деле? Руки вспотели, но ищейка не пытался напасть, он вынул компас. Шарики в нём по-прежнему хаотически носились, сходя с ума.

— Что ты делаешь?

— Ухожу. Пока я рядом с тобой, остаётся риск, что через меня как планарного ищейку кто-то из нашего ордена почувствует тебя. Поэтому я умолкаю, прячу твою тайну в глубину сердца и ухожу не глядя. Куда выведет путь.

Пауку осталось пять метров.

— Если твой компас сошёл с ума, ты можешь погибнуть или застрять где-нибудь между мирами.

— Я иду по дороге судьбы и позволяю ей сбыться, — улыбнулся пёс. — Прощай, Яр-р-р.

Он поднял компас и хотел поднести руку, чтобы запустить вращение внешнего круга, но не успел. Вся фигура Хопеша исказилась, его смяло в пространстве-времени и в двух сетах планарных координат. На мгновение мы с ним смотрели друг на друга, он в ужасе, я в попытке понять, что происходит. А затем моего случайного друга вырвало из нашей вселенной обратно, туда, откуда он пришёл. Вырвало резко, властно и сильно, потому что он был больше не нужен.

А на его месте появился… почти Хопеш, но совсем другой. Выше, мощнее, темнее, сосредоточенный, уверенный и властный. Тот, кто в детстве стал воином Песчаного Легиона, но с тех пор прошёл большой и жестокий путь, приведший его сюда.

Ещё когда мрачная фигура проявлялась на мостовой, я уже потянулся активировать фазовый рывок — инстинкты кричали «Беги!» Но пришедший был гораздо быстрее. Он выплюнул слово, и это было не простое, не редкое и даже не эпическое слово силы, а мифическое. Позже я узнал, что это слово абсолютной блокировки врага. Мой интерфейс, доступ к карточке и всем способностям отрезало, я не мог ни выхватить меч, ни применить достижения, ни использовать способности или вещи, даже слова силы, которые знал.

Закон равенства не позволял крутанам атаковать нубов, но увы, эта защита не распространялась на Слова Силы. Древний язык лежал в основе Башни, возможно, она сама не могла с ним полностью справиться — а может, считала слова сбалансированным способом победы. В любом случае, древняя речь пришедшего сработала. Мифическое слово накрыло меня, как стеклянная сфера-ловушка загнанного зверя, я дрогнул и заметался, но понял, что не могу ничего, кроме как ударить кулаком или применить чистоту. Лишь она преодолела действие блокировки, потому что её ранг был ещё выше мифического. Но стоящий передо мной, как и Хопеш, я увидел открытые данные: Хорум, планарный охотник 80-го уровня. Значит, не маг, и чистота не может обнулить его сил.

Пауку осталось три метра.

— Надо же, — сказал Хорум, и голос его был тяжёлый и мрачный, как шаги железной статуи, — Кто мог подумать, что из всех моих отражений, которых я призвал из параллельных миров, тебя отыщет самый бесполезный и самый жалкий.

Я прыгнул вперёд, навстречу смерти и навстречу ищейке, пытаясь ошеломить Хорума и заслониться им от подползающего паука, нырнуть под удар странного оружия у него в руке, прокатиться по мостовой и рухнуть в канал.

Но гиен плавно шагнул вправо и поймал меня за плащ, рванул назад, я упал на мостовую, а он надавил мне на грудь ногой и сказал ещё одно, эпическое слово — власти. Оно позволяло подчинить волю любого разумного существа рангом ниже себя. И, разумеется, моя слабая нубская воля оказалась сломлена.

Ведь, как и предсказало пророчество, Ищейка превосходил меня во всём.