Он отстранился, но не разорвал контакт между нами, держа меня за локти.
— Почему ты так добра ко мне?
— Почему я не должна быть такой? Ты мой друг.
— Никто не относился ко мне так, так, так хорошо, как ты. Я никто. Я не стою твоего в-в-времени.
Я покачала головой.
— Не унижай себя. Ты очень хороший, Кевин. — Я ущипнула его за щеку. — Ты лучший друг, о котором только можно мечтать.
Он опустил руки. Его губы изогнулись в грустной улыбке, когда он уставился в небо.
— Друг, да?
Я открыла рот, чтобы подтвердить это, но остановилась. Я чувствовала, что хожу по тонкой грани.
— Ты знаешь, что я действительно забочусь о тебе.
— Да, я знаю. Ты заботишься обо мне… но как о друге.
— Я… — вздохнула я. — Прости. Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, но… я просто не чувствую этого к тебе.
Он выглядел все более расстроенным с каждым моим словом, и я ненавидела причинять ему такую боль. Он схватился за перила, а его глаза переместились в небо.
— Я знаю. Но я надеялся, что я тоже тебе понравлюсь, и я… и я также смогу забыть о Хейдене. Это так глупо с моей стороны влюбляться в него. Или в тебя.
Я наблюдала за его профилем.
— Может быть, тебе нравится кто-то еще? Я имею в виду, как насчет Маркуса?
Он нахмурился.
— Маркус?
— Да. Я знаю, может, ты так не считаешь, но я думаю, что вы двое будете потрясающе смотреться вместе.
Он испустил долгий вздох и оттолкнулся от перил.
— Я не уверен, что смогу быть с ним, Джесс. И как я могу ему нравиться с моим заиканием?
— А почему ты не должен ему нравиться с твоим заиканием? Твое заикание — это не то, кем ты являешься, помнишь? Я вижу, что Маркусу все равно, и тебе тоже не должно быть до этого дела. Заикаешься ты или нет, ты милый, хороший человек, и ты заслуживаешь самого лучшего.
— Тогда почему я не могу тебе понравиться? — Он провел рукой по своим зализанным волосам, умудрившись их испортить. — Неужели нет способа, чтобы я тебе понравился?
Мой взгляд проследил за облаками, скрывающими звезды, толстый слой сожаления покрыл мою грудь. Дрожь пробежала по моему телу.
— Кевин, я… я не могу. Мне нравится другой.
— Я знаю. Это Блейк, не так ли? Несмотря на то, что он всегда издевался над тобой, ты влюбилась в него.
Мне не понравилось обвинение в его тоне. Я не повернулась, чтобы посмотреть на него, сжав руки в кулаки на перилах.
— Да. Я влюбилась в него, несмотря на то, что он мой мучитель. Больная, да? Ты, наверное, считаешь меня глупой, но думаешь, я не пыталась избавиться от этих чувств? Это нелегко.
Он схватил меня за руку, и я посмотрела на него. Тоска в его глазах была слишком сильной для меня.
— Я могу помочь тебе забыть его. Мы оба можем забыть наши г-г-глупые увлечения и быть вместе…