— Ты ведешь себя как твоя мама, когда она натыкается на распродажу. — Он подмигнул ей.
Мама преувеличенно вздохнула и покачала головой.
— Что-то ты не жалуешься, когда я покупаю тебе галстуки. Или клюшки для гольфа.
— Ты покупаешь их раз в год. Один раз. А сколько раз в год ты ходишь за покупками?
Я усмехнулась.
— Наверное, тысячу раз, — сказала я. — Она помешана на распродажах.
Она цокнула.
— Я не помешана на распродажах. Нет ничего плохого в том, чтобы покупать новую одежду время от времени.
Я закатила глаза.
— Да, скорее раз в неделю. — Я вставила свои AirPod обратно в ухо и отправила Кевину еще одно сообщение.
«Я тут, улыбаюсь как сумасшедшая, а мой папа думает, что пора надеть на меня смирительную рубашку. Это так мило!»
Он ответил через несколько минут.
«Он положил мне на колени записку!»
Я взвизгнула и быстро набрала текст.
«Что там написано???»
Я постучала пальцами по бедру, почти на краю сиденья, ожидая его ответа. Я серьезно жила ради их зарождающегося романа.
«Там написано: Хочешь потусоваться со мной завтра?»
— Да, — крикнула я, и теперь и мама, и папа смотрели на меня так, будто собирались запереть меня в психушке.
«Скажи да. СКАЖИ ДА.»
Его сообщение пришло почти сразу.
«Но я заикаюсь, Джесс. Это довольно неловко.»
Я фыркнула.
«Не смей говорить «нет», Кевин Беркс. Маркус не такой. Ему все равно.»
«Ты думаешь?»
«Я ЗНАЮ. Ты гораздо больше, чем твое заикание, и Маркус это знает. Мы все это знаем. Он бы не пригласил тебя на свидание, если бы его это волновало.»
Мой отец что-то сказал, но я снова не услышала его. Я остановила музыку и посмотрела на него.
— Да?
— Мы приехали.
Моя улыбка погасла. Я огляделась и увидела шикарную входную дверь Джонсов. Мои руки начали дрожать, когда я запихивала телефон и AirPods в рюкзак. Мой телефон завибрировал, но я не могла сосредоточиться на нем сейчас, делая глубокие вдохи. Скорее всего, я увижу Блейка всего через несколько минут.
По крайней мере, мои родители не заметили во мне ничего необычного. Мы вышли из машины в удивительно теплую ночь и направились к входу. Я вцепилась в лямку рюкзака, когда папа позвонил в дверь, и та же служанка, что и раньше, открыла дверь. Она встретила нас теплой улыбкой, которая не сделала ничего, чтобы уменьшить мое растущее беспокойство, прежде чем она впустила нас. Как и в прошлый раз, я почти чувствовала там Блейка, и моя кожа покалывала от осознания. Я старалась изо всех сил играть хладнокровно.