Читать книгу «Лабиринт искажений» онлайн.

Ну на самом деле, чего истерить-то? Деньги для мамы она найдет, настал черед её, Снежаны, квартиры. Продаст, и еще надолго хватит, а там и мама очнется.

Связаться с риелторским агентством и провести предварительные переговоры Снежана смогла через Интернет. Риелтор озвучила реальную продажную стоимость квартиры, сумма оказалась вполне достойной, хватит минимум на полгода здесь, в клинике. Маме ведь особого лечения уже не надо, только обеспечение жизнедеятельности и контроль состояния. Основную часть ухода Снежана возьмет на себя, не в ущерб работе, конечно. Это должно уменьшить стоимость нахождения в клинике.

Но для того, чтобы выставить квартиру на продажу, Снежане необходимо на несколько дней вернуться в Россию. И она боится оставить маму.

Все это девушка и рассказала сейчас Соркину, по-прежнему стоя к нему спиной и рассматривая ставший уже привычным пейзаж за окном кабинета главврача.

– Я не знаю, как быть, – произнесла еле слышно, закончив рассказ.

– Зато я знаю, – голос врача прозвучал как-то странно, глухо, словно через ком в горле. Затем Соркин откашлялся и произнес уже тверже. – Тебе никуда не надо ехать, останься здесь, с матерью.

– Но как же! – Снежана развернулась, наконец-то, лицом к собеседнику и обнаружила, что он стоит совсем рядом. – Ведь деньги Алекса заканчиваются, и я…

– И это не твоя забота.

– А чья же?

– Моя.

– Но… почему?

– Дурочка, – грустно усмехнулся Михаил, не предпринимая попыток приблизиться совсем вплотную, хотя было заметно, как ему хочется обнять девушку. – Глупая, ничего не замечающая девчонка.

Снежана ахнула и прижала ладонь к губам, изумленно глядя на Соркина. А тот лишь покачал головой:

– Не волнуйся, это моя проблема. Иди, работай, никуда ехать не надо. Поеду я. На Кипр. Постараюсь найти Агеластоса.

Снежана опустила ладонь и улыбнулась:

– А вот теперь моя очередь говорить, что это не твоя проблема. Это вообще не проблема. А я действительно дура.

И в следующее мгновение Михаил Исаакович Соркин, сорока пяти лет от роду, впервые в жизни задохнулся от счастья. Или от поцелуя?

Глава 14

Странно всё это. Странно и непонятно. Старость, что ли? Да вроде рановато в маразм погружаться, безмятежно пуская слюни, шестидесяти еще нет. Он всё тот же Кайман, всё так же соответствует прозвищу, ни в чем и никогда не дает слабины, жестко и более чем доходчиво доказывая это всем, кто пытается хоть на миллиметр приподнять голову выше разрешенного им уровня.

Вне зависимости от личности рискнувшего, в чем недавно убедилась Дора.

Да, возможно, он несколько перестарался, вразумляя обнаглевшую дочь, но именно потому, что прекрасно знал, кого вырастил. И чего можно ожидать от дитятки, если ослабить ошейник, заменив жесткий, с шипами, на более щадящий.

Плавали, знаем. Слишком долго дочь проходила как раз в щадящем. Со стразиками своеволия. Слишком часто в последнее время он стал прислушиваться к её мнению, сделав ближайшей помощницей в многоходовке с Кралидисами.

И к чему это привело в итоге?

Из-за самонадеянности наглой девчонки едва всё не сорвалось!

Впрочем, не сорвалось как раз тоже из-за самонадеянности, но другой девчонки. Ники Панайотис. Вернее, Алины Некрасовой.

Ифанидис до сих пор не мог понять, что заставило эту хрупкую девушку рисковать не только своей жизнью, но и жизнью своего ребенка. И ради кого? Она ведь не знает, что Алекс Агеластос, возможно, её отец. Для Ники-Алины он – один из тех, кто её похитил и выставил на аукцион, её страшное прошлое, о котором любой нормальный человек хочет забыть, стереть из памяти.

Максимум, что она могла сделать для Агеластоса в той ситуации – сообщить о похищении человека ближайшему полицейскому, если уж не получилось связаться с ним, Ифанидисом. Не называя имен, конечно, просто – видела, как украли незнакомца.

Вряд ли, конечно, это помогло бы спасти Алекса, с учетом медлительности полиции и мстительной жестокости Сола «Аги» Козицки.

Впрочем, и Ника-Алина не смогла бы вытащить Агеластоса из западни, останься жирный ублюдок в ту ночь наедине с пленником. Но он уехал. Что именно помешало Солу завершить начатое, неизвестно. Да и неважно.

Важно то, что у девчонки всё получилось, и сама она осталась жива.