Но он проглядел самый древний и простой способ появления живых существ. Стыдиться ему было нечего, никто в колонии об этом не подумал. Боло тоже можно было понять: ведь они не могли воспроизводить самих себя.
— Сколько нам еще ждать? — прошипел Каксиакс. — Неужели мы всю свою жизнь проведем в ожидании и игре в прятки, как и наши предки?
— Ты молод, — ответил лейтенант. — Я видел смерть наших отцов и их отцов, и мы не смеем посрамить их память.
— Пусть их духи сами о себе позаботятся! — прошипел Каксиакс. — Я не собираюсь до конца своих дней сидеть в этой забытой предками дыре!
— Твоя жизнь ничего не стоит, если ты не посвятишь ее процветанию расы Ксиальцев, — напомнил лейтенант. — Если мы сдадимся и сбежим с поля боя, жизни наших отцов окажутся потраченными напрасно. Но если ты, или твои потомки, или потомки твоих потомков повергнут в прах Мягких и их машины, цель жизни твоих предков и твоей собственной будет исполнена, и духи их с честью перейдут в Послежизнь.
— Если эта Послежизнь вообще существует. — Каксиакс повернул голову на тихий звук потревоженного песка. Он метнулся вперед так быстро, что его движение для глаз человека показалось бы размытым пятном. Одним глотком он отправил ящерицу себе в желудок.
Лейтенант проигнорировал богохульство; он хорошо помнил, как в юности был почти таким же.
— Займись разборкой и смазкой своего оружия, — приказал он. — Мы не должны забывать ритуалы, иначе боги отнимут у нас нашу силу. Потом можешь отправляться к своей самке и попытаться получить от этой жизни хоть немного удовольствия.
— И наши дети тоже загубят здесь свои жизни, — буркнул Каксиакс, но тем не менее ушел.
Лейтенант смотрел, как он скользит вдоль стенки канала. Когда он исчез из виду, лейтенант положил голову на песок и не сумел отказать себе в удовольствии на мгновение погрузиться в отчаяние. Неужели приказ о нападении так никогда не придет?
Хоно расслабленно лежал в шезлонге со стаканом в руке и любовался закатом.
— Похоже, Арлан, ты неплохо приспосабливаешься.
— Спасибо. И все же мне немного не по себе, — добавил он, отхлебнув из своего стакана.
— Неудивительно, — кивнул Хоно. — Боло довольно устрашающие напарники, к тому же во время работы на плуге весьма одиноко. Поэтому мы и пытаемся побольше времени проводить вместе во время ленча и обеда.
— Это вам прекрасно удается! — На мгновение перед внутренним взором Арлана предстала живая картина вчерашней вечеринки. Он с нетерпением ждал сегодняшнего вечера, чтобы снова потанцевать, — Рита была не единственной симпатичной девушкой в лагере. Скорее даже, далеко не единственной.
— Значит, тебя волнуют только Боло?
— Ага. — Арлан вернулся к воспоминаниям о только что закончившемся дне. — Хоно...
— Да? — откликнулся тот, подождав несколько секунд.
— Эти Боло... они таки древние! Вы точно уверены, что они не могут поломаться и обезуметь?
— Хотелось бы мне с определенностью сказать «нет», — решительно произнес Хоно. — Однако я могу лишь сказать, что вероятность этого невелика. Боло были построены надолго, можно сказать на века. Мы проводили анализ вероятности системной ошибки, и оказалось, что шансы на то, что Боло сойдет с ума, намного меньше, чем вероятность появления психического заболевания у человека.
Несколько минут Арлан молча смотрел в оранжевое небо, потом медленно кивнул:
— Полагаю, мы сделаны не из таких прочных материалов.
— Боло ипохондрики?
— Это не совсем так. У них превосходные программы самодиагностики, и они гораздо более объективны в своих оценках, чем люди. Кроме того, наши техники ежемесячно проводят проверки каждой машины. Мы очень хорошо о них заботимся.
Арлан кивнул. Он понял, насколько хорошо, когда повстречал Джоди, а потом остановился поболтать в ее кузнице. Конечно, это место трудно было назвать просто кузницей: не в каждой «кузне» встретишь плазменную печь и компьютеризированные инструменты. Но раз Джоди называет себя кузнецом, он не собирается с ней спорить, особенно после того, как увидел, во что превращается металл под ее молотом. И после того, как поглядел на нее в профиль.
— Чертовски много работы ради одной детали, — заметил он, глядя, как она работает на автоматическом токарном станке.
Джоди кивнула:
— Но даже если учитывать мою работу, все равно получается дешевле, нежели их импортировать. Расценки на космические перевозки в последнее время выросли до небес, а заводы Боло на Терре за такие древние детали готовы три шкуры содрать.
Арлан нахмурился:
— Почему это?