Её внесла в договор аренды бабушка, которая прожила здесь около тридцати лет, и поэтому её арендную плату зафиксировали на одном уровне довольно рано. Когда моя прежняя соседка по комнате, Анжи, встретила парня и съехала, она позволила мне сохранить аренду.
Что, да, было безумно круто с её стороны.
Это также означало, что я получила возможность остаться в городе.
Со вздохом заставив себя вернуться мыслями в настоящее, я снова потащила свои ноги вперёд, роясь в сумке в поисках ключей. Дверь стояла передо мной запертой, встав в раму слегка криво, именно так, как ей и следовало быть.
В том доме меня никто не ждал.
Никакого таинственного человека, которому нравилось копаться в моих рисунках. Никакого Джейдена. Никакого Микки. Никаких случайных серийных убийц. Никаких террористов-видящих.
Даже Касс там не было.
В прошлые выходные она наконец помирилась с Джеком и вернулась к нему, несмотря на то, что мы с Джоном пытались её отговорить.
Раздражённо выдохнув из-за того, что я продолжаю волочить ноги, даже после квази-рациональной ободряющей речи в моей голове, я подняла ногу в ботинке и продолжила устало подниматься по скрипучей лестнице. Я поднялась на крыльцо, затем по-настоящему передвинула рюкзак со спины вперёд, чтобы найти ключи, которые я без особого энтузиазма искала в маленьком кармашке.
Зацепив, наконец, пальцами брелок, я вытащила его, всё ещё бормоча.
Я хотела вздремнуть.
Я всё ещё надеялась, что смогу заснуть и встать вовремя, чтобы успеть на дневное занятие Джона по спаррингу во внешнем Ричмонде. Я вернулась мыслями к логистике, вздохнув с каким-то блаженным облегчением, когда вспомнила, что внутри меня ждёт горячий душ.
Я вставила слегка погнутый ключ в замок, немного пошевелила им и повернула влево, чтобы открыть засов.
Я всё ещё смотрела вниз, когда вошла, чуть не споткнувшись о почту, которую просунули в щель, и потянула за ключ, чтобы вытащить его из замка.
Почта замигала передо мной.
Глянцевые пакеты с поддержкой виртуальной реальности явно были заполнены рекламой, и большинству из них, вероятно, не терпелось нашпиговать мою гарнитуру рекламными вирусами, если я окажусь достаточно глупа, чтобы подойти слишком близко. Я знала, что должна благодарить за это Касс, учитывая её склонность заказывать всякую чушь по каналам, что вынуждало её сообщать наш физический адрес.
Пробормотав себе под нос очередную порцию проклятий, я выключила гарнитуру, прежде чем она успела активировать какой-либо из беспроводных пакетов, отцепила её от уха и засунула в рюкзак на всякий случай, после чего швырнула рюкзак в коридор, подальше от кучи хлама у входной двери.
Теперь мне перед душем придётся ещё замачивать эти чёртовы штуки в воде.
Я хотела убедиться, что они выйдут из строя, прежде чем я забуду о них, что я неизбежно сделаю после того, как посплю несколько часов.
— Чёрт возьми, Касс, — пробормотала я, закрывая за собой дверь одним бедром.
Затем я подняла глаза.
За дверью стоял мужчина.
Я потрясённо ахнула.
Это могло бы перерасти в полноценный крик, но он быстро зажал мне рот рукой. Слишком быстро, чтобы я успела закончить вдох.
Слишком быстро, чтобы я могла с ним побороться.
Я не успела поднять свою руку к его, а он развернул меня, двигаясь так быстро и грациозно, что у меня совсем перехватило дыхание.
Он грубо впечатал меня в стену, а затем прижал к ней.
Честно говоря, я не знаю, как, чёрт возьми, он это сделал.
Я не знаю, как он вообще это провернул, тем более на такой скорости.
Ему удалось использовать колени, кисти, предплечья и даже плечо и бедро, чтобы удерживать каждую из моих конечностей и весь мой торс в полной неподвижности. Используя большую часть своего веса и такое точное расположение конечностей и костей, он прижал моё тело к стене.