— Почему бы тебе не выйти на лед, — говорю я ему, скрестив руки на груди. — Поработай над кистевым броском, пока остальных нет.
Он кивает, выглядя немного виноватым. Кистевые броски — его слабое место, и я только что указал ему на это.
— Хорошая идея.
Он выходит, торопясь в раздевалку. Смотрю на Твайлер, она достает папку из прорези на стене и открывает ее. Я вижу свое имя на обложке. Риз Кейн.
— Что случилось? — спрашивает она со стопроцентным профессионализмом.
— Эм, мои… — я вспоминаю слова Рида о том, что Твайлер великолепно массирует его подколенные сухожилия. — Мои подколенные сухожилия. В последнее время они были очень напряжены.
Она хмурится.
— Ты делал растяжку?
— Ага.
— Хорошо, — она что-то записывает в файле, а затем указывает на коврик. — Почему бы тебе не лечь на пол, а я посмотрю.
— Конечно.
Я опускаюсь на пол, упираясь руками в коврик. Она встает передо мной. Мой взгляд блуждает по ее бедрам. Это родимое пятно?
— Дай мне ногу, — говорит она, возвращая папку в прорезь. — Я собираюсь немного надавить. Ты дашь мне знать, если будет больно или ты почувствуешь дискомфорт.
Твайлер тянет ко мне руки. Я приподнимаюсь на локтях и вкладываю свою обутую в ботинок ступню в ее сложенные чашечкой ладони. Она поправляет положение, одной рукой поддерживая меня за пятку, а другой — за икру. Она нежно массирует тыльную сторону моей ноги, затем наклоняется вперед, растягивая мышцы. Черт, наверное, у меня очень напряженные подколенные сухожилия.
Я издаю стон:
— Это приятно.
— Откинься еще немного назад.
Делаю это, она наклоняется надо мной, и тут, я вижу, на что Хартман до этого пялился. Ее футболка натягивается, открывая мне полный обзор на то, что ниже шеи. На ней черный спортивный лифчик, который приподнимает ее сиськи, и вроде это не секси, или секси? Дерьмо. Я больше не знаю. И мой член тоже.
— Да. — Поморщившись, я поднимаюсь, сгибаясь в талии в попытке прикрыть бедра. — Думаю, достаточно. Спасибо.
— Ты уверен?
— Ага. — Оглядываюсь через плечо. — Я могу поделать это у стены, и, похоже, Шварц ждет. Я кивком указываю на игрока первого состава. — Давай, парень.
Привожу себя в порядок, и уже на полпути к раздевалке, когда меня догоняет Рид.
— Все в порядке, Кэп? — спрашивает он с понимающей ухмылкой.
— Заткнись, — бурчу я, направляясь в раздевалку и готовясь выйти на лед.
Это должно меня охладить.
Если я не возьму себя в руки, это будет чертовски долгий месяц.
ГЛАВА 11
ТВАЙЛЕР
Опасения Риза по поводу университета Хартфорд не оправдались. Даже их лучший игрок, Андерсон, не справился с «Барсуками», которые усердно работали и тренировались дополнительные часы с самого начала тренировок.
— Четыре — ноль! — кричит Джефферсон, когда последний из нас садится в автобус. Под «последними» из нас я имею в виду тренера Грина, Джонатана, менеджера по оборудованию, и меня. Ребята разговорчивы, полны энергии после победы, и это заразительно. Я не лгала, когда говорила, что хотела бы работать с баскетбольной командой, но что-то в хоккее с «Барсуками» забралось мне под кожу.