– Чушь! – возразила Сильми, доедая остатки гамбургера и допивая колу. – Я ни за что в жизни не стану называть вас папой. Потому что вы не мой отец.
– Ладно.
– Но вот на день рождения сегодня я согласна.
– Значит, так и поступим?
– В таком случае можно мне еще один гамбургер?
Наглухо закрытый сейф открылся, когда Сильми ввела свой день рождения. На мгновение она погрузилась в собственные мысли, но, не желая тратить время на ностальгию и сентиментальность, она собралась с духом и заглянула в сейф. Вопреки ее ожиданиям ничего краденого внутри Сильми не обнаружила. Она догадалась, что Чоннам наверняка хранил это отдельно. Внутри сейфа же лежало множество маленьких красных коробочек. Для чего они были предназначены, Сильми не знала. Она выбрала одну из них и открыла. Внутри не было ничего, кроме записки.
«Это еще что такое?»
Сильми достала еще несколько коробочек и заглянула внутрь, но там не было ничего особенного, кроме одной-двух строк предложений, похожих на какие-то предсказания. Она снова порылась в сейфе в поисках удостоверения Доика. Ее внимание привлек белый конверт. Возможно, потому, что он особенно выделялся на фоне красных коробок. Но на самом деле ее зацепил не сам конверт, а текст на нем.
Сильми несколько раз перечитала письмо. Некоторые моменты были не совсем ей понятны, но она четко понимала, что должна помочь Чоннаму. Девушка запомнила номер телефона, указанный в конце письма, и сожгла его. Затем еще раз внимательно осмотрела сейф и обнаружила удостоверение личности Доика, а также пачки денег, спрятанные глубоко внутри.
Закрыв за собой дверь, она ушла из дома, не оглядываясь. Почему-то ей внезапно показалось, что она больше никогда сюда не вернется. В руках Сильми держала только старую коробку из-под печенья.
Прежде чем Доик успел осознать происходящее, девушка, прихрамывая, успела удалиться на приличное от него расстояние. Он поспешил догнать ее.
– Подождите! Если вы просто уйдете вот так… – закричал он ей вслед.
Когда Чжонхи остановилась, Доик почувствовал себя немного виноватым. Девушка решительно обернулась.
– Вы хотите что-то мне сказать?
– Где вы взяли эту коробку?
– Их доставили мне домой, и мою, и вашу, – сказала Чжонхи, возвращаясь, хромая, к Доику.
– Могу ли я поинтересоваться, что было в вашей коробке?
– Я же уже говорила. Просто записка с сегодняшней датой, временем и местом, еще было написано, что я должна отдать коробку человеку по имени Чхве Доик. Вот и все.
Затем Чжонхи развернула записку и показала ее Доику. Все так, как она и сказала.
– Погодите-ка секунду, – извинился Доик и открыл полученную от Чжонхи коробку. Он развернул записку, что была внутри.
Эта записка сильно отличалась от предыдущих. Жизни троих человек…
– Все? Могу ли я идти? – спросила Чжонхи, пока Доик был поглощен содержанием записки.
– Подождите.
– Что еще?
– Я прошу вас помочь. Я думаю, мне нужна ваша помощь.
– Простите, но нет. Я не хочу вам помогать.
– Но я получил записку, в которой говорилось о том, что вы мне поможете.
– Нет. Я не знаю, что вообще происходит, но мне это не нравится. Я хромаю из-за записки. Мне это уже надоело. Все!
Чжонхи ушла не оглядываясь. А Доик еле сдерживался, чтобы не остановить ее.
– Это подтверждает, что некоторые из наших предположений все же оказались верными.