Гленнкилл: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И тут Зора услышала отчаянный крик. Мгновенно очнувшись, она непроизвольно взглянула на холм. На земле лежало что-то темное, сучившее ногами в воздухе, словно пытаясь бежать. Зора содрогнулась. Пес нагнал Отелло! Лишь секундой позже она поняла, что на земле лежит… волкодав. Отелло исчез.

Раненый волкодав безуспешно пытался подняться. Подошел его хозяин, один из тех парней с неприятным смехом. Побледнев, он пнул пса ногой. Кто-то из крестьян поднял животное и отнес в сторону.

Люди возбужденно загалдели. Никто не мог понять, что же случилось с этим прекрасным, сильным псом. Какая-то женщина закричала, увидев на брюхе собаки окровавленный клок черной шерсти. Снова упомянули о «сатане» и «короле кобольдов». Женщины собирали детей. Мужчины взмокли от испуга.

Оказалось, что раненые собаки вызывают у людей такую же панику, как здоровые псы у овец. Толпа исчезла так же неожиданно, как и появилась.

Осталась только лопата.

Зора словно застыла на своем уступе. Уж не приснилось ли ей все это? Должно быть, так. Трава вокруг нее была мягкой, как овечьи губы, и эта трава принадлежала только ей — и больше никому. «Травой пропасти» называла ее Зора, и для нее она была вкуснее любой другой на лугу. При сильных порывах ветра Зора ощущала свежесть моря. Над головой носились чайки. И все было прекрасным: и эти белые крикливые птицы, и одиночество — хорошо, что сюда никто не мог добраться.

Она видела, что овцы постепенно успокоились и принялись за траву. Отелло был среди них. Казалось, никто не обращал на него внимания. Зора подумала, как мало они, в сущности, знают об Отелло.

Джордж иногда приводил новых овец. В большинстве это были только что отнятые от матки ягнята, и стадо радушно принимало их. «Варягами» были только два взрослых барана: Отелло и Моппл Уэльский. Моппла привезли два года назад на шумном автомобиле Джорджа (Джордж перевозил овец поодиночке, устроив их на заднем сиденье). Там его и увидели впервые — неуклюжего молодого барана, который ошарашенно пялился из окна автомобиля и жевал автомобильную карту Джорджа. Представляя новичка, Джордж произнес небольшую речь. Он сказал, что Моппл «мясной породы», но бояться не надо, никто «не пойдет под нож», просто стаду «нужно немного освежить кровь». Овцы ничего не поняли и поначалу опасались Моппла. Но молодой баран оказался очень дружелюбным и даже стеснительным, а когда Сэр Ричфилд вызвал его на «турнир», окончательно выяснилось, что Моппл никакой угрозы не представляет.

А вот сразиться с Отелло Сэр Ричфилд не решался. И этому обстоятельству никто не удивился. Удивляло то, что и Отелло ни разу не вызвал Сэра Ричфилда. Что-то в Сэре Ричфилде, по-видимому, внушало новичку уважение к нему. Но чем больше Сэр Ричфилд глох и терял память, тем меньше остальные овцы понимали Отелло.

Никто из овец не видел, когда он появился. Однажды утром он просто оказался в стаде — вполне взрослый баран с четырьмя опасно изогнутыми рогами. Четырьмя! До сих пор им не приходилось видеть баранов с четырьмя рогами. На маток он сразу произвел впечатление, а баранам оставалось лишь втайне завидовать. Зора очень хорошо это помнила, прошло не так уж много времени с тех пор. Джордж не стал представлять им Отелло. Джордж напевал какие-то мелодии и даже пританцовывал, насвистывая в такт. Они никогда еще не видели его таким возбужденным. Джордж пел на чужих языках, которые не понимала ни одна овца, и жгучим гелем смазывал затянувшуюся, но все еще саднящую рану, пересекавшую лоб Отелло. Овцы вздрагивали, понимая, насколько болезненна эта процедура, но Отелло держался стойко.

Зора решила вернуться к овцам, чтобы выяснить, действительно ли Отелло победил большого серого пса. Ей это казалось невероятным. Первой, кого она увидела, была Мод, которая паслась от Места Джорджа так близко, что Зора с трудом удержалась от замечания.

— Мод, ты видела, как Отелло победил собаку?

Мод недоуменно посмотрела на нее.

— Отелло — баран, — ответила она. — А здесь трава лучше, — добавила овца, словно приглашая присоединиться.

Но Зора отвернулась. Надо найти Мапл, подумала она, а еще лучше — Моппла. Если кто из овец и помнит всякие странные вещи, так это Моппл Уэльский.

И вдруг она увидела Отелло, который как ни в чем не бывало пасся неподалеку. И выглядел он как обычно. Зора опустила голову и тоже принялась щипать траву. Все странное и непостижимое овца должна забывать как можно скорее, прежде чем мир уйдет у нее из-под копыт.

Овцы вообще-то народ не болтливый. Это потому, что рот у них всегда полон травы. Да и в голове у них зачастую нет ничего, кроме травы. Но все овцы любят интересные истории. Можно одновременно и слушать, и жевать. С тех пор как Джордж перестал читать им вслух, им явно стало недоставать интеллектуального развития. Поэтому они сами стали рассказывать друг другу разные истории. Чаще всего в роли рассказчика выступал Моппл Уэльский, иногда — Отелло, и совсем редко — кто-нибудь из маточных овец.

Матки обычно говорили о своем потомстве, но для остальных эти откровения были не слишком интересны. Разумеется, вспоминали и знаменитых ягнят, таких, например, как Сэр Ричфилд, но, как правило, матери героев благоразумно держали язык за зубами.

Повествования Отелло с удовольствием слушали все, но, к сожалению, не все и не всегда его понимали. Отелло рассказывал о тиграх и жирафах, об экзотических животных далеких жарких стран. Из-за этого возникали споры, потому что каждая овца представляла себе незнакомых животных по-своему. Пахнут ли жирафы гнилыми фруктами, лохматые ли у них уши, покрыты ли они шерстью? О людях Отелло не говорил никогда. В отличие от Моппла. Моппл пересказывал истории, которые им читал Джордж. Он так хорошо все запомнил, что его интерпретации возвращали им счастливые часы у пастушьего вагончика. Но в какой-то момент у Моппла просыпался аппетит, и «посиделки» на этом заканчивались. Чем прекраснее был рассказ, то есть чем больше упоминаний о лугах, пастбищах и корме в нем встречалось, тем быстрее он заканчивался. Собственно говоря, интрига часто заключалась не в самом рассказе, а в том, как долго он продлится.

Сегодня Моппл рассказывал сказку о феях. И нигде еще так подробно не описывались луга, сочные травы и великолепные фрукты. Моппл говорил о ночном бале фей на лягушачьем лугу, и глаза его блестели. Он рассказывал, как завистливые кобольды забрасывали фей яблоками во время празднества, и глаза его увлажнялись. А еще о том, как король кобольдов появлялся в высокой траве. Он умел выпускать мертвых из могил и натравливать их на живых. И тут произошло совершенно неожиданное — Моппла прервали.

— А может, это и в самом деле был король кобольдов? — робко спросила Корделия.

Все овцы поняли, что она говорит о смерти Джорджа. Моппл мгновенно щипнул траву.

— Или Сатана? — добавила Лейн.

— Бред, — нервно фыркнул Рамзес. — Сатана бы никогда такого не сделал.

Кто-то заблеял в знак согласия. Овцы не верили, что Сатана способен на такое. Сатана был дряхлый осел, который иногда пасся на соседнем лугу и время от времени протяжно кричал, как будто его мучила икота. Голос у него и впрямь был отвратительный, но в остальном он казался им вполне безобидным.

— Я иногда думаю, что его убил этот Длинноносый, — проблеял Моппл с полным ртом. — Бесс тоже так думает.

— В ночь, когда умер Джордж, у нас был прилив или отлив? — неожиданно спросила Мисс Мапл.

Несколько секунд все молчали. Они думали.

— Прилив! — проблеяли Моппл и Зора в один голос.

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовалась Мод.