Артефактор поспешил к окну, которые выходило на ворота поместья и аллею, ведущую к нему, и сперва не поверил. На аллее стояло как минимум пять полицейских машин, если не считать машины медицинских служб. Но гораздо важнее было то, что одна из машин с мигалкой, остановилась прямо напротив ворот поместья Троицких. Свет от фар освещал их и полицейского, который что-то кричал, но ему никто не отвечал.
Опять охранники позволили себе лишнего и напились на посту. Это была последняя капля. Завтра Игорь Валентинович разорвёт договор с охранной фирмой, а ещё потребует с них неустойку и компенсацию, за пропавшие артефакты. Он уже начал прикидывать, что же такого подороже пропало сегодняшней ночью. А пока необходимо было открыть полицейским. Он добропорядочный гражданин и всегда рад сотрудничать с органами правопорядка.
— Подождите минуточку, я сейчас спущусь. — открыв окно, крикнул барон. После чего завернулся в халат, нашёл тапочки и поспешил вниз.
Из слуг у Троицких имелись только кухарка и две горничные. Поэтому открыть полиции было некому. А дети вместе с внуками только сегодня уехали в гости к родственникам под Псков.
Старый артефактор так торопился, что едва не упал с лестницы, успел схватиться за перила в последний момент, и было это прямо возле спуска на цокольный этаж. Что-то показалось Игорю Валентиновичу странным, и он решил сперва заглянуть к своим подопечным.
Оказавшись внизу, барон включил свет в общем коридоре и отметил, что двери в комнаты детей были отворены, а на полу раскиданы какие-то вещи. Раньше он не приходил сюда без разрешения или приглашения, но каждый раз на этаже было очень чисто, а двери в комнаты ребят закрыты.
— Алексей Михайлович, у вас всё в порядке? — спросил Барон, но ответа не последовало.
Комната старшего Вяземского была первой от входа. Поэтому, выждав ещё немного, барон позволил себе заглянуть в неё.
— Как же так. — только и смог произнести Игорь Валентинович, когда увидел окровавленное одеялом, прикрывающее уже мёртвое тело.
Дмитрий Григорьевич пил кофе, когда получил звонок, после чего поспешил включить новостной канал. Там шёл экстренный выпуск новостей, в котором говорилось о беспрецедентном акте агрессии против последних представителей некогда великого княжеского рода Вяземских.
И это в десятую годовщину казни всех старших членов рода Вяземских. Весьма символично.
Неизвестные напали на поместье барона Троицкого, убили детей с невероятной жестокостью, а затем ещё двенадцать человек на улицах недалеко от поместья. Сам барон ничего не может сказать по этому поводу, сейчас с ним работают следователи из тайной канцелярии.
— Отличная работа. — похвалил своего человека, князь. — Только не понимаю, для чего нужно было убивать посторонних?
— Не поверите, князь, но это не мы. Когда оказались возле поместья, то там уже валялось несколько тел. Могу лишь сказать, что пару человек из убитых я раньше встречал. Наёмники, берущиеся за самые грязные дела. Очень похоже на то, что это были наши конкуренты. Встретились и не смогли поделить, кто закончит мучения Вяземских. Начали убивать друг друга, а выжившие просто сбежали. С такого сброда станется.
Князь задумчиво постучал пальцами по столу. Что-то ему не нравилось в этой версии, но что именно он не мог понять.
— Что же, в любом случае для нас это даже хорошо. Сейчас можешь отдыхать. Понадобишься мне ближе к вечеру. Я должен присутствовать на заседании имперской коллегии, когда будет объявлено об исчезновении рода Вяземских.
Глава 3
— Господа, прошу всех занять свои места и соблюдать тишину, коллегия начинает свою работу. И последнее на сегодня дело, что нам предстоит рассмотреть — удаление из Имперской Бархатной Книги фамилию Вяземских. — произнёс председатель имперской коллегии знатных магических родов, граф Фёдор Дмитриевич Трубецкой.
Он и ещё восемь человек вели слушанья дел, в которых затрагивались исключительно интересы аристократов. Сегодня таких оказалось довольно много, и все уже изрядно устали.
Слушанья были публичными, поэтому на них всегда собиралось много зрителей. В основном члены родов, чьи интересы затрагивались. Как правило, после рассмотрения дела своего рода они покидали малый зал дворца имперского правосудия, где и проходили заседания. До конца добирались лишь единицы. В основном студенты выпускных курсов юридических вузов и чиновники, которые курировали эти дела.
Но сегодняшний день стал исключением из правил. Студентов в зале заседаний осталось удивительно мало, они ютились в дальнем углу зала и старательно записывали всё происходящее, а единственным чиновником оказался министр юстиции Российской Империи — светлейший князь Потёмкин Юрий Викторович.
Да и вообще практически весь день в зале было поразительно мало зрителей. Но всё резко изменилось перед началом рассмотрения последнего дела.
Члены коллегии вернулись с перерыва, и к этому времени в зале было не протолкнуться. Здесь собрались главы очень знатных родов и их представители.
Заседание впору было переносить в большой зал. Да и там вряд ли хватило бы места. Слишком много желающих пришли услышать о том, что некогда один из сильнейших родов империи навсегда исчезнет.
Его активы и имущество, за исключением клочка родовой земли, ветхого поместья и практически угасшего родового источника, уже давно разделили между собой два десятка самых сильных и изворотливых семей. Всё это оформлялось, как временная передача средств для сохранности. А после того как Вяземские будут признаны исчезнувшим родом, всё их имущество по закону отойдёт тем, кто взял его на сохранение.
Десять лет назад из-за этого разразилась нешуточная борьба. Даже пришлось вмешиваться императору, что было невероятной редкостью. Самодержец практически никогда не лез в дела высших аристократов, давно очертив границы дозволенного. Дураков нарушать эти границы не было. Но в тот раз жадность затмила глаза многим.
— Как всем прекрасно известно, прошло ровно десять лет с того момента, как погиб последний полноправный маг из рода Вяземских. — начал речь Фёдор Дмитриевич, моментально приковывая к себе внимание собравшихся. — Исходя из эдикта императора Дмитрия Алексеевича «О сохранности знатных магических родов первого ранга». Если в течение десяти лет с момента исчезновения последнего мужчины в роду, способного полноценно использовать магию, родовой источник остаётся в неактивном состоянии, то он возвращается под юрисдикцию империи и может быть дарован новому роду, способному пробудить его. Ваша светлость, позвольте узнать, в каком состоянии последние десять лет находился источник Вяземских?
Вопрос был адресован князю Потёмкину. Статному мужчине, в строгом мундире, отмеченном имперским двуглавым орлом. Больше никаких знаков отличия не было. Имперский герб могли носить лишь люди, подчинявшиеся непосредственно императору. Только он имел право награждать и карать этих людей.
Юрию Викторовичу было слегка за шестьдесят, но выглядел он значительно моложе. Никто не даст больше сорока. Сильное сродство с огненной стихией слегка окрасило его волосы в красный цвет, что считалось высшей степенью проявления силы. Огневики были самыми вспыльчивыми среди одарённых, только князь Потёмкин являлся исключением из правил. Всегда собран и спокоен. Никто и никогда не замечал за князем бурного проявления эмоций. Но сейчас он не мог совладать с собой. Не мог произнести всего пару фраз без явного сожаления.
— Последние десять лет источник рода Вяземских пребывает в неактивном состоянии. В пассивном режиме он подпитывает сеть артефактов, направленных на поддержание поместья. В поместье проживают три человека и постоянно фиксируют любые изменения в источнике. Ни один человек из рода Вяземских последние десять лет не пользовался силой источника.