Какая красотка! Внешне не знаю, у нее маска была практически на все лицо, я даже цвет глаз сквозь прорезь рассмотреть не могла, а вот мозги ее прекрасны и очаровательны. Сколько окружает умных людей — и лишь она одна посоветовала Адриану что-то толковое.
И самое главное — это сработало.
Буквально через полчаса я сидела на коленках Адриана в какой-то хибарке, которую использовали как перевалочный центр. Замаскировали ее качественно: жалкая лачуга выглядела так, словно развалится от дуновения ветра. И если бы не обещание Адриана снять с меня лишний вес, то есть, артефакты, то я бы вырвалась и сбежала бы. Хочет страдать — пусть делает это один. А если и сознание потеряет, то вообще прекрасно: вылечу, пока никто не видит.
Опасалась я все-таки зря: внутри все было пустовато-бедновато, но очень прочно.
— Господин, мы точно должны вот так терять время? Может не ждать вторую группу, а отправиться самим? — спросил один из мужчин. — Вы буквально через неделю должны присутствовать на королевском балу, там подготовки дней на пять, не меньше. А если не успеете?
— Думаешь, за неделю я не получу нужную информацию?
— Получите. Но дорога, к тому же, вы снова явитесь без спутницы, а это... чревато.
— Говори прямо, Бейран, что не хочешь дополнительной работы, — заметила та женщина в маске, садясь на пол. — Иметь дело с принцессой, которая положила глаз на его светлость — та еще задача. Лучше уж десять расследований провести...
— И раз пять отравиться до смерти, — поддержал мужчина, передернувшись.
Принцесса? Что еще за принцесса достает главу тайной канцелярии?
— Будем надеяться, что успеем все сделать вовремя, — заметил Адриан. — И я вернусь заранее, попросив старого пройдоху найти мне толковую спутницу из его учениц. По крайней мере, та принцесса не сможет ничего сделать с сильной волшебницей.
— Желательно еще и с целительскими способностями, — добавил Бейнар. — Я после того, как случайно прикоснулся к вашему письму, неделю провел в клинике, избавляясь от приворота.
— А тебя предупреждали, что надо все проверять в специальных перчатках, а ты все про свою магическую устойчивость к зельям говорил. Договорился, — фыркнула женззина.
— Господин, но почему вам не отправиться заранее? Тогда бы вы точно все успели. Даже с волшебницей план бы придумали, — спросил Бейнар.
— Есть некоторые дела, которые я должен решать самостоятельно. Потому что под подозрения попадают те люди, которых никто не имеет права подозревать. Никто, кроме меня.
— Вы же сейчас не про леди Сильвию?
— Нет, не про нее. Скорее, я про того человека, которому она не нравится. И который способен, при желании, доставить Сильвии много неприятностей.
Я постаралась не выдать себя, но уши все же навострила. Кто это? Кому помешала Сильвия? — --------------Во мне течёт королевская кровь, ведь мой отец — кузен самого монарха. Радости от этого никакой, о нашей семье нельзя говорить в приличном обществе. Для всего королевства мы не существовали... до тех пор, пока дракон самого желанного, самого саркастичного и холодного аристократишки во всем Вардене не решил присвоить мою драконицу… Дикую, строптивую, необузданную, как я сама. Вот только, почему она так легко сдалась на милость этому чешуйчатому и меня, заодно, цепями к его всаднику приковала?! Уж я так быстро не сдамся и плясать под дудку этого самоуверенного гада не буду!
Глава 8. Часть 2
— Вы про кого? — спросил Бейнар. — Разве в нашем королевстве есть кто-то, кого мы не можем подозревать? Конечно, кроме королевской семьи, но зачем...
— Бейнар, — простонала женщина.
Я прям чувствовала, как она закатила глаза.
Значит, Сильвия не понравилась кому-то из королевской семьи? Но кому? В королевской семьи всего четыре человека: второй принц Юстас, первый принц и наследник, король с королевой. Юстаса исключаем, первый принц? С учетом того, насколько у них с Юстасом хорошие отношения и как он благодарен Сильвии за спасение своего брата, не думаю, что стоит его подозревать. Король? Да он столько работает, что даже если бы Юстас привел вместо девушки кошку в качестве своей невесты, то навряд ли бы заметил.
Тогда остается королева?
Это... плохо. Наш учитель предупреждал нас о свекровях — тех самых загадочных женщинах, которые могут оказаться страшнее всех наших врагов, иногда — вместе взятых. У каждой женщины, которая решится выйти замуж, она будет.
Так вот. Если Сильвия выйдет за Юстаса, то у нее появится эта самая свекровь, мать Юстаса и королева. Вот она-то может Сильвию и невзлюбить за любовь к сыну. Для меня это все звучало абсолютно не логично.
Ну вот есть у вас человек. Одна любит материнской любовью, вторая — обычной. По идее, вы любите одного человека, а это значит, что вы сходитесь во мнении и желании заботиться об одном и том же человеке. Откуда тут взяться неприязни?
Но это так я думала, а учитель считал иначе. И ошибался он редко, поэтому, боюсь, будущая свекровь могла недолюбливать Сильвию и пытаться ее подставить.
Я улеглась поудобнее на коленках Адриана и продолжила подслушивать. Точнее, слушать. Я ведь делала это не тайком, все знали, что я тут и особо ничего от кошки и не скрывали.
Но больше никто не говорил: отряд сидел с понурыми лицами, а Адриан остался невозмутим.