— Милосерднее, — охотно согласился Дамблдор. — Но, к несчастью, министерство требует именно отчёты. Я на вас надеюсь, — улыбнулся он.
— Надежда — глупое чувство, — сообщил ему Темный Лорд, глядя, как за столами рассаживаются немногочисленные невыспавшиеся из-за бала студенты. Все остальные, захватив с собой приготовленные эльфами сандвичи, уже отправились по домам.
— Надежда — одно из самых лучших чувств! — возразил директор. — Она очень помогает пережить многие беды.
— А что, беды от этого исчезнут? — холодно поинтересовался Тёмный Лорд. — Беды надо встречать с открытыми глазами и готовностью... сражаться, а не надеяться неизвестно на что.
— Нет, конечно, не исчезнут, — согласился Дамблдор. — Но их можно будет встретить с лучшим настроением. А это тоже важно. Том, а что, мисс Блэк решили здесь остаться? — спросил он, наблюдая, как девицы Блэк рассаживались за практически пустым слизеринским столом.
— Решили, — кивнул Тёмный Лорд, — вчера вечером.
— Почему вдруг? — спросил Дамблдор с улыбкой.
— Семейные проблемы, — спокойно сказал Тёмный Лорд, — бывает. Вижу, их кузен тоже здесь, — кивнул он на Сириуса Блэка, усевшегося за гриффиндорский стол.
— Я думаю, — сказал директор, — на каникулах вполне можно было бы накрывать только один стол. Как вы считаете, коллеги?
— Детей и так мало, — улыбнулась Спраут, — ещё будут чувствовать себя одинокими. Пусть сидят все вместе.
— Том? — Дамблдор посмотрел на Тёмного Лорда. — Филиус? Минерва?
— Я даже не знаю, — ответила последняя. — Не хотелось бы скандалов — хотя бы на каникулах.
— Захотят поскандалить — и без того поскандалят, — равнодушно ответил Волдеморт, — пусть сидят за одним столом.
— Да конечно, пусть сидят, — согласился Флитвик.
— Решено, — сказал директор. — Уже в обед накроем всем вместе.
В этот момент в окно влетела сова и, швырнув на стол перед Беллатрикс Блэк конверт, тут же улетела. Едва Беллатрикс взяла конверт, письмо подскочило, развернулось, и сёстры Блэк совершенно одинаково скривились.
— Да как ты посмела, скверная девчонка, разорвать помолвку с Лестрейнджем? — завопил злой женский голос. — Ты хоть знаешь, сколько мы договаривались с его отцом, позорище рода Блэк? На хлеб и воду тебя посадить, дрянь неблагодарную! Немедленно отправляйся домой, и сестёр с собой прихвати! Я вас научу уважать Древнейший и Благороднейший род Блэков, малолетние мерзавки!
Белла, со злостью слушавшая вопиллер, не выдержала и, направив на него палочку, закричала:
— Инсендио!
Письмо вспыхнуло и, сгорев почти мгновенно, осыпалось в её тарелку пеплом.
— Странная какая логика, — задумчиво проговорила Нарцисса. — Если они хотят, чтобы мы приехали домой, зачем угрожать, что нас накажут? Кто же после этого домой вернётся?
— Пусть других дур поищут, — зло сказала Белла, — ну ничего, я их ещё порадую! Блэкам не подобает, так? Ну, вот они и получат Блэка в Аврорате!
— Ты серьёзно? — с сомнением спросила Андромеда. — Я думала, ты просто со злости так тогда сказала.
— Серьезно! — вспылила Белла. — Я совершеннолетняя и сама решаю, что мне делать, как жить и чем заниматься! Провались это величие дома Блэк к Мордреду!
Сириус Блэк при этих её словах — которые услышали все находящиеся в зале, потому что мисс Блэк от природы имела громкий голос и отнюдь не утруждала сейчас себя его приглушением — обернулся и изумлённо уставился на свою кузину.
— В целом, я с тобой согласна, — тихо засмеялась Андромеда. — Только не кричи так. Циссе тут ещё учиться почти четыре года.
— Лицемеры проклятые, — чуть тише сказала Беллатрикс. — Все они одинаковы.
— Кто именно? — уточнила Андромеда.
— Ты говоришь как Сириус, — заметила Нарцисса, но, скорее, с любопытством, нежели с осуждением.
— Да все вокруг, — сердито сказала Белла, — все только притворяются такими хорошими и замечательными. А сами врут!