— А, — глубокомысленно заметил Гойл, — ну ладно. Энгоргио!
И солонка начала расти...
— Вы чойта тут творите? — раздался возмущённый бас подошедшего к рыболовам-любителям Хагрида.
— Эфемиазм, — козырнул услышанным новым словом Гойл. — Метод такой. Чтоб проверить, кто русалки — рыбы или бабы?
— Мы поспорили, — сказал Трэверс, предусмотрительно вставая, — как правильно сказать: русалка умрёт или подохнет? Вот, пытаемся найти ответ.
— Ах вы поганцы эдакие! — возмутился Хагрид, — сразу видать, Слизерин! А ну, брысь отсюдова!
— Но почему? — спросил Трэверс. — Мы просто ставили эксперимент. Научный. Разве не для этого мы ходим в школу?
— Удумали чего, русалок губить! — сердито прогудел Хагрид.
Вода в озере забурлила, и в ней показалась туша Гигантского кальмара.
Трэверс восхищённо на него уставился, правда, палочку он теперь держал в руках. На изготовку.
— В школу вон учиться ходят, а не зверушек мучить или русалок губить! — продолжил обличительный монолог школьный лесник.
Послышались щёлканье и бульканье — Кальмар тоже решил выразить своё возмущение, а затем в его щупальцах мелькнули водоросли, комья ила, старые ботинки — и всё это добро полетело в незваных рыболовов-экспериментаторов.
— Ну вот, — Трэверс отразил всё это щитом. — Видишь? Не есть тебе тут рыбы, — сказал он Гойлу.
— Тебя что, в школе не кормят? — сердито спросил у слегка смущённого Гойла Хагрид. — Вымахала орясина, оглоблей не перешибёшь! Рыбы ему захотелось, гляди-ко! Вот я декану вашему... м-да. Директору Дамблдору пожалуюсь!
— В рыбе много фосфора, — сообщил Хагриду Трэверс. — Он полезен для развития головного мозга. Видите же, Гойл чувствует определённый недостаток этого элемента в пище и пытается его добыть.
— Чего-о? — И Гойл и Хагрид протянули это в унисон и одинаково недоумённо переглянулись.
— Фосфор, — терпеливо повторил Трэверс. — Он полезен для деятельности головного мозга. Его много в рыбе, и Гойл, интуитивно ощущая необходимость стимуляции мозговой деятельности, пытается его добыть.
Гигантский кальмар, тоже явно впечатлённый речью Трэверса, швырнул Гойлу здоровенную странную рыбину, плавники которой больше походили на лапы.
— Лови! — азартно крикнул Трэверс, но Гойлу помощь не потребовалось: тот поймал рыбину на лету и прижал к груди. — Спасибо, — вежливо сказал кальмару Трэверс.
— Эта, — удивлённо сказал Хагрид, глядя на добычу Гойла, — чойта я таких тут и не видел.
Следующая рыбина досталась уже ему.
— Советую на гриле приготовить, — сказал Трэверс Хагриду. — Можно с травами. И посолить немного. Кстати, — обратился он к Гойлу. — А ты где готовить это собираешься? Или съешь сырой?
— Чего я, эскимос какой, рыбу сырую лопать? — удивился Гойл.
— Дак её надо профессору Кеттлберну показать! — оживился Хагрид. — Вот он обрадуется-то!
— Пожалуй, — согласился Трэверс, и тут же предложил: — Пойдёмте? Интересно, сколько они живут без воды?
— Всё бы вам над зверушками изгаляться, — проворчал Хагрид, — а ну-ка...
Он достал откуда-то из недр своей шубы розовый зонтик, открыл его и зачерпнул туда воды. — Вот тебе и место будет, — сказал он своей рыбе, опуская её в этот странный аквариум. — И свою давай, — скомандовал он Гойлу, — неча зазря несчастную рыбу мучать!
— Откуда ты знаешь про эскимосов? — удивился Трэверс и позвал: — В самом деле, пойдёмте к профессору Кеттлберну! Полагаю, ему будет интересно. Я вот не уверен в том, что это рыба, — заметил он, разглядывая странных существ в зонтике.
— Ну, не баба же, — ответил Гойл.
— Кроме рыб и женщин, на свете очень много сущностей, — с некоторым даже укором сказал Трэверс.