Жемчужный дебют: читать начало книги онлайн

Гости разбредались по общему пространству, не решаясь открыто говорить о произошедшей трагедии и в то же время сгорая от желания обсудить происходящее друг с другом.

Калинин сразу же направился к бару, бросив вопросительный взгляд на Анжелику. Та покачала головой. Даниил слегка пожал плечами, достал пузатый бокал и, не спрашивая разрешения, щедро плеснул каштановой жидкости, блеснувшей желтым в свете разошедшегося огня в камине.

Гаврил, бросив робкий взгляд на Анжелику, постеснялся сесть рядом с ней, вместо этого заняв кресло, которое позволяло незаметно ее обозревать.

Гена с Лидой, спустившиеся последними, вероятно, по просьбе Жанны, выбрали широкий мягкий диван. Гена сразу же по-хозяйски обнял свою спутницу, словно закрывая ее от невзгод внешнего мира. Анна снова немного им позавидовала. Не то чтобы ее привлекали мужчины вроде Геннадия, но от того, кто в любой момент готов кинуться на ее защиту, она, пожалуй, не отказалась бы.

Жанна, сохраняя спокойствие и невозмутимость, спустилась минут через пятнадцать и направилась к Дарье, занявшей место у камина в тщетной попытке согреться.

— Где находится персонал? — спросила она у дрожащей от холода и нервов хозяйки.

— Они… мы живем в другом корпусе.

— Есть ли возможность пригласить их сюда?

— Есть, — ответил вместо жены Евгений, спустившийся вслед за Жанной и расположившийся возле кресла жены. В отличие от Гены, он не делал попыток прикоснуться к Дарье, но тем не менее оставался возле нее. — Но мне бы не хотелось беспокоить бабушек, они все же немолодые люди, это может вызвать ненужные проблемы со здоровьем. Вы должны понимать, что пропуска персонала настроены так, что доступ в жилые помещения, где находятся клиенты, у них есть только с семи утра и до десяти вечера.

— Десяти вечера? — удивилась Анна. — Я думала, бабушки остаются до поздней ночи, пока клиенты не уснут.

— Клиенты обычно засыпают в течение десяти-пятнадцати минут, — криво усмехнулся Евгений. — Мы склонны недооценивать детские паттерны. Достаточно несколько ласковых прикосновений, успокаивающей песни и даже последний невротик вырубается. В самом деле, — он снова обратился к Жанне, — не думаете ли вы, что это бабушки ее зарубили?

— Кроме бабушек кто еще находится на острове? — вместо ответа потребовала та.

— У нас есть сантехник. Петр. Точнее, он технический работник, рукастый мужик с континента, который может устранить любую неполадку. Он же занимается работами на территории — зимой чистит дорожки, летом занимается садом и огородом. Три человека на кухне. Шеф-повар, ее помощница и официантка, она же занимается посудой и уборкой. У нас есть две хостес, которые в обычное время исполняют обязанности горничных.

— А Аэлита? — поинтересовалась Жанна, не сводя глаз с Евгения.

— Аэлита не персонал, — резко ответил тот и тут же сменил тон, — она приглашенный гость.

— Она не живет со всеми в основном корпусе? — казалось, Жанна не обратила ни малейшего внимания на его реакцию.

— Нет, не живет, — коротко ответил Евгений.

— Аэлите мы выделили ВИП-дом, — горько добавила его жена, игнорируя взгляд, который бросил на нее муж.

— Почему не Калинину? — живо поинтересовалась Жанна.

— Потому что Аэлита нам важнее, как видите, — стараясь звучать равнодушной, пояснила Дарья, но ей плохо это удалось.

— Это было мое решение, — раздраженно пояснил Евгений. — Аэлита она… особенная. Она не переносит толпу и ценит свое одиночество. А Калинину нужно общество, толпа поклонников, всеобщее восхищение.

Не сговариваясь, все посмотрели на продюсера, который уже присоединился к Анжелике и, закинув ногу на ногу, любовался коньяком, разглядывая его сквозь прозрачный бокал, направленный в сторону огня.

— Смотри, милая, какие цвета, — словно и не произошло ничего из ряда вон выходящего, вещал он. — И каким богатством обладает наш прекрасный язык, который позволяет описать их в поэтической форме. Все эти оттенки цвета шоколада, каштана, дуба, корицы… Чайный цвет, махагон, умбра, цвет кофейных зерен, кофе с молоком, цвет какао, сепия…

Анжелика криво улыбалась. Меньше всего она походила сейчас на человека, желающего обсуждать оттенки коньячной жидкости в свете каминного огня. Калинин заметил, что на него смотрят, и переключил внимание на Жанну:

— Послушайте, Жанна, а Алена… она так и будет там лежать? Не хотелось бы, знаете ли… — Калинин адресовал вопрос Жанне, но вместо нее ответила Анна.

— Единственное, что вас сейчас заботит, это собственный комфорт? Не хотелось бы иметь по соседству умершую старуху? — резко поинтересовалась она.

— Бога ради, прекратите корчить из себя святошу, — скривился Калинин. — Можно подумать, вас саму ничуть не беспокоит соседство с разлагающимся трупом?

— Я открыла в комнате окна, чтобы сохранить… тело до приезда специалистов. Холод замедлит разложение. Перемещать тело мы не имеем права. Это место преступления, — немного погодя, ответила Жанна, а Анна была вынуждена признать правоту Калинина. Вряд ли кому-то из присутствующих хотелось жить на одном этаже с мертвой женщиной. Просто не у всех хватало смелости об этом сказать.

— Скажите, а то, что где-то рядом может находиться потенциальный убийца, вас совсем не смущает? — злясь на саму себя, что не может сдерживаться, спросила у Калинина Анна.

На этих словах Анжелика вскрикнула и прижалась к Калинину. Тот успокаивающим жестом погладил ее по голове, словно собаку по холке.