Читать книгу «Мария, королева Нисландии» онлайн.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Зимой охотники сдают сюда добычу, а сар Хансмор ездит с ней на материк и продает шкурки там, — пояснил Мартин.

Почти все, что Мария видела, ей нравилось. Этот мир казался ей гораздо более понятным и уютным, чем королевский дворец Бритарии. Пусть с ними и ехала охрана, но даже это было скорее данью традиции. Здесь, на острове, не было нищих и бездомных, здесь не было мародеров и грабителей. Здесь было безопасно. Так что юная королева Нисландии чувствовала, как оживает в ней надежда на самую обычную человеческую жизнь.

— Конечно, за день мы не сможем посмотреть все подряд (полностью), но я хочу показать тебе главный источник нашего дохода, — Мартин был серьезен и не слишком понимал, что нужно думать о жене. Пока просто присматривался к непонятной чужестранке.

Ехать пришлось довольно долго: часа два от городской черты, не меньше.

— Этот поселок называется Нордевик, — Мартин протянул ей руку, помогая выйти из кареты. — Здесь добывают и солят треску.

Даже жители этой деревни держались при виде короля достаточно свободно. Никто не лебезил и не заглядывал правителю в глаза, хотя кланялись ему с явным уважением. Мария осмотрела главную достопримечательность поселка: огромный погреб, внутри которого царил холод.

— Каждую зиму мужчины отправляются к ледникам в самые холодные дни. Рубят лед и набивают им огромную яму, пересыпая соломой, чтобы лед не таял. Для этого мы даже посылаем сюда коней из города. Зато благодаря этому льду рыба не портится даже в достаточно жаркие дни.

Весь подпол был забит огромными, в человеческий рост, бочками с белесыми соляными пятнами на выгнутых темных боках. В этих бочках лежала похожая на грязные тряпки соленая треска, лишенная головы и хребтины.

— Осенью бочки вывозят на материк и продают вашим купцам. А уж они, накинув чуть ли не две цены, кормят рыбой бритарских горожан.

Всю следующую неделю Мартин посвятил жене. Они медленно и методично объезжали поселок за поселком. Хотя интерес Марии к жизни простых рыбаков и пастухов казался ему странным, тем не менее он молча соглашался с любой ее просьбой: никаких особых тайн на острове не было. А если юную королеву интересуют такие вещи, как стрижка овец или огромная куча отходов от переработки рыбы, ну что ж, пусть смотрит и спрашивает. Тем не менее к концу недели он чувствовал себя несколько вымотанным. Да и Гульда с недовольным изумлением начала бурчать:

— И куда ее все время носит?! Виданное ли дело, чтобы мужняя жена не домом занималась, а порхала целыми днями непонятно где! Нет бы на собственную кухню заглянуть…

В конце концов, терпение закончилось даже у Мартина. Однако конфликта он не хотел и потому разговор завел очень аккуратно:

— Скажи, Мария, мы объехали уже достаточно много окрестных деревень… Зачем тебе это нужно? Не подумай, я не собираюсь ограничивать тебя, но в глазах лордов и народа наши поездки выглядят странно.

Молодая жена чуть нахмурилась, и некоторое время Мартин думал, что она не ответит, но потом Мария заговорила…

И тут король услышал удивительное:

— Я почти ничего не знаю даже о жизни своего собственного бритарского народа. Мне всегда казалось странным жить на деньги, которые собирают с этих самых людей: всяких там крестьян и кузнецов, и при этом никогда не видеть их в глаза. Раз уж мне придется жить в Нисландии все оставшиеся годы, то я хотела познакомиться не столько с людьми, сколько с ремеслами, которыми здесь владеют. Согласись, что большая часть народа живет достаточно бедно. Иногда на целый крестьянский поселок бывает всего три-четыре коня…

— Если коням, кроме сена больше ничего не давать, у них не будет сил на работу. Прости, что перебил тебя, но этих коней приходится подкармливать привозным зерном. Содержать больше живности может далеко не каждая деревня. Требуются же не только кони, но и хотя бы пара коров. Иначе начинают болеть дети.

— Вот именно об этом я и думала, Мартин. Вот смотри: в первый день мы осматривали мастерскую сара Хансмора. Он скупает у охотников и выделывает прекрасные шкуры, удивительно красивый и дорогой мех. Но почему он увозит на продажу шкуры, а не готовые изделия? Помнишь, два дня назад был очень холодный и ветреный день? Ты еще ехать не хотел. В деревне, там, где пастухи живут, мы видели на женщинах кацавейки из норки и полушубки из песца. Теплые, но не очень красивые и неуклюже сшитые. Я не понимаю, почему Нисландия не торгует готовыми шубами и пелеринами.

Мартин с недоумением пожал плечами и ответил:

— Не знаю. Вообще-то, так было всегда, и отец сара тоже торговал шкурами.

— Вот об этом я и говорю! Я смотрела на жизнь города и деревень свежим взглядом и заметила несколько вещей, которые могли бы сделать существование людей легче! Понимаешь? Если обустроить скорняжную мастерскую и шить дорогую одежду для знати, денег в итоге станет больше!

Мартин с изумлением смотрел на молодую женщину, только сейчас начиная понимать, какое странное существо досталось ему в жены. Нельзя сказать, что ее идея была плоха. Но вот то, что о делах обогащения говорят не на государственном совете, то, что эти слова прозвучали из уст совсем молодой девушки — это не укладывалось у него в голове. Он даже не знал, что следуют ответить Марии.

Глава 25

Природа острова, который Мария осмотрела сколько могла, оказалась достаточно нищей. Не было леса как такового, только изредка встречались отдельные деревья, явно посаженные людьми. Даже кустарники практически отсутствовали.

Единственное, чем богат был остров — это ледники. Но если раньше Мария представляла себе ледники чем-то гигантским и величественно-белоснежным, искрящимся бриллиантовой пылью под лучами солнца, то местные ледники вблизи напоминали своим цветом шкуру какого-то экзотического черно-белого зверя. Издали они казались прекрасными и нежно-голубыми, но вблизи эта «звериная шкура» “недовольно” морщилась, и становились видны ярко-черные полосы и неровные штрихи, оставленные вулканическим пеплом.

— Около пятнадцати лет назад вулкан Рикиньяро начал действовать: в небо взлетали гигантские клубы дыма и сажи, а по склонам текла лава. Это было красиво и страшно…

— Сколько тебе тогда было лет? — спросила Мария.

— Лет семь или восемь, — ответил муж. — Потом вулкан затих, а на грязные склоны лег новый снежный покров. За лето он стаивает, и становятся видны следы пепла. Вот эти самые черные загогулины, про которые ты спрашивала.

— Мартин, а сколько всего в Нисландии вулканов?